России нужны нестандартные решения

На модерации Отложенный

На мой взгляд, в России круг людей, которые способны генерировать новые идеи, настолько узок, что на их плечи ложится решение всех вопросов.

В государстве подобного типа все слои политического класса постоянно смотрят "наверх". Они боятся потерять свои посты, стараются попасть в мэйнстрим, почувствовать конъюнктуру. Работа в таких условиях совершенно не располагает к творчеству. А стратегическое планирование – это всегда творческая работа.

Речь не идет о том, что у нас мало умных людей. И в правительстве, и в Администрации президента много выдающихся интеллектуалов. Но позволяют ли им проявить себя? Если да, то этим людям необходима дискуссия, потому что дискуссия - это второй необходимый элемент для генерирования новых идей.

Раньше у нас совершенно отсутствовала система, которую в англоязычной среде называют "think tank". Под этим словом понимаются некие интеллектуальные команды, которые заняты тем, что вырабатывают нестандартные решения . Их заказчиком может выступать и государство, но и не только оно. У нас таких систем в принципе не существовало, а про "RAND Corporation" - знаменитый американский think tank - рассказывали легенды.

После перестройки такие центры постепенно появились. Все последние годы активно шло формирование интеллектуальных групп. Их теперь стало несколько больше. Среди наиболее значимых можно назвать группы, сплотившиеся вокруг Игоря Юргенса, Евгения Ясина, Глеба Павловского, Игоря Бунина или Алексея Чеснакова.

К сожалению, они мало связаны с государственной системой. Это довольно странная ситуация. Есть Российская академия наук, где сидят ученые, которые и должны были бы выполнять функции "think tank" для государства: они получают зарплату от государства, государство и есть их заказчик. Но в силу разных причин - где-то из-за того, что они склонны заниматься более фундаментальными исследованиями, иногда просто из-за плохого управления – эта часть их деятельности практически выпала из контекста.

В советское время государство очень активно использовало гуманитарные институты. Они должны были выполнять задачи, которые государство ставило перед ними, - идеологические, пропагандистские и исследовательские... Меня, наверное, мои коллеги из Академии наук будут осуждать за то, что я так говорю о своей собственной академической структуре. Но ситуация налицо, и это действительно очень печально.

Кроме этого, есть группа людей, которую в России называют смешным словом "эксперты" или "аналитики". Что они анализируют, не понятно, но эта группа стала сейчас одной из самых влиятельных. В настоящий момент эксперты и являются той самой силой, которая способна генерировать новые идеи для власти. А элита, к сожалению, нет. В данном случае под "элитой" я понимаю людей, которые занимают государственные посты. Эксперты формулируют, генерируют идеи, а власть принимает их или не принимает.

В принципе, данная система работает. Но у нее есть ряд недостатков.

Во-первых, часть политической элиты могла бы участвовать в экспертных дискуссиях. Для этого нужны дискуссионные площадки, которых очень мало. Во-вторых, я не знаю, сколько в России нужно мозговых центров, подобных "RAND Corporation", но совершенно определенно, что сегодня их крайне недостаточно.

У нас совсем нет центра, который серьезно занимался бы прогнозированием того, какие варианты развития событий возможны, как можно действовать в экстраординарных ситуациях в масштабах страны. Если этим и занимаются, то, возможно, где-то в недрах спецслужб. Общественность про это не знает. Нам нужно открывать новые направления исследований, привлекать больше специалистов.

Почему Америка стала мировым лидером? Одна из причин - в том, что Америка живо интересовалась всем, происходящим в мире. А мы чересчур зациклены на самих себе. Мы все время говорим о России.

Ольга Крыштановская