Грузино-осетинский конфликт: возвращение кузькиной матери

На модерации Отложенный

События, развернувшиеся в эти выходные в зале Совета Безопасности ООН, прочертили явственный рубеж в российско-американских отношениях. Последние годы эти отношения строились на основе закулисного торга, что, конечно, не исключение, а правило дипломатии; размены не афишировались, но и не особенно скрывались. В публичную конфронтацию на заседаниях СБ стороны старались не вступать. Военные действия на территории Грузии положили конец этому бонтону.

На первом чрезвычайном заседании, созванном по инициативе России в ночь с четверга на пятницу, российский посол Виталий Чуркин обвинял Грузию в том, что она "выступает с фарисейскими миротворческими заявлениями, резко контрастирующими с реальными действиями", и недвусмысленно предупреждал: "Последствия подобной политики руководства Грузии будут диаметрально противоположными надеждам, которые, видимо, лелеют в Тбилиси".

Посол Грузии Ираклий Аласания, в свою очередь, утверждал, что действиям грузинской стороны предшествовал целый ряд провокационных инцидентов со стороны сепаратистов, в частности артобстрел грузинских деревень 6-7 августа. Грузинский дипломат возложил вину за нагнетание напряженности на Москву. "Оборонные структуры России, а также организации, занимающиеся обеспечением безопасности, контролируют и направляют незаконные сепаратистские власти и вооруженные формирования, - говорил он. - Это прямое нарушение взятого на себя Россией обязательства оставаться нейтральной. Вместо этого она стала стороной конфликта". Аласания сообщил также, что как раз в те самые минуты, когда заседает СБ ООН, "огромный контингент военнослужащих и техники незаконно входит на суверенную территорию Грузии через Рокский туннель".

К моменту открытия заседания текст заявления согласовать не удалось, поэтому главы других делегаций ограничились краткими выступлениями умиротворяющего характера, а Чуркин и Аласания обменялись напоследок пространными недружелюбными репликами.

На втором заседании, состоявшемся в пятницу вечером, ситуация кардинально изменилась. Теперь уже Россия открыла военные действия против южного соседа, и Совет собрался по требованию Грузии, поддержанному США. Посол Аласания охарактеризовал силовые действия России как "хорошо просчитанную провокацию" и "полномасштабное вторжение", а режим Цхинвали назвал "криминальным". Грузия, сказал он, вынуждена обороняться "с единственной целью – защитить гражданское население и спасти жизнь своих жителей различной этнической принадлежности". По его словам, цель российской агрессии – "подчинить себе Грузию и заставить ее отказаться от евроатлантических чаяний".

Виталий Чуркин ответил на это обвинениями в "вероломном нападении", "этнических чистках" и "тактике выжженной земли", которую, как он утверждал, применяют грузинские войска. "Такой сценарий, - заявил он, - стал возможен в том числе в результате попустительства ряда членов Совета Безопасности, которые заблокировали минувшей ночью оценку происходящей трагедии на основе предложенного Россией документа".

Представители стран-членов СБ практически в один голос призвали стороны к немедленному прекращению огня, а США и Великобритания заявили о своей поддержке территориальной целостности Грузии. Посол Аласания заявил, что его правительство готово прекратить огонь на взаимной основе. Посол США Залмай Халилзад сказал, что было бы неплохо услышать и от России заявление о такой готовности или объяснение, почему прекращение огня невозможно.

"Кто же будет возражать против мира? – взял слово Чуркин. – Конечно, мир лучше войны". Но для этого, продолжал он, нужны не лозунги, а серьезный политический анализ ситуации, к которому СБ оказался неспособен.

Тогда грузинский посол спросил его: "Вы готовы остановить бомбежки гражданского населения?" Чуркин ответил, что "Совет Безопасности – не лучшее место для обмена вопросами и ответами", но он тем не менее готов перечислить предварительные условия. "Для начала, - продолжал российский посол, - грузинское руководство могло бы заявить о том, что оно намерено впредь уважать соглашения. Для начала грузинское руководство могло бы заявить о том, что оно готово вернуться к тому положению, которое существовало до того, как они развернули военные действия. Для начала можно было бы принести извинения в связи с тем, что в результате безответственных авантюристических действий грузинского руководства сотни мирных жителей погибли и столица Южной Осетии оказалась разрушена в течение 24 часов. Это для начала. А потом мы могли бы продолжить дискуссию".

Но наиболее драматическим оказалось воскресное заседание. Оно началось выступлением Залмая Халилзада, который заявил, что он вместе с делегацией Грузии просил о созыве чрезвычайного заседания, поскольку конфликт обостряется и расширяется. "Российская Федерация, - сказал посол США, - утверждает, что ее военная операция имеет целью защиту гражданского населения Южной Осетии, однако ее действия выходят за эти рамки, а расширение конфликта на другую сепаратистскую территорию в составе Грузии заставляет предполагать иные мотивы.

Соединенные Штаты призывают Россию тщательно обдумать последствия ее агрессии против суверенного государства".

Затем заместители генерального секретаря ООН Линн Пэскоу и Эдмонд Мюле представили участникам заседания информацию о происходящем в Грузии, которую Чуркин назвал предвзятой и односторонней. "К сожалению, - посетовал он, - Секретариат и его руководство оказались неспособны занять такую объективную позицию, которой было бы присуще проникновение в суть конфликта". Дальнейшее выступление посла состояло из прозрачных намеков на причастность Вашингтона к военным решениям Грузии: всем, дескать, известна особая близость двух стран, которая подтверждается присутствием в Грузии 127 американских военных советников и совместными военными учениями под многозначительным, с точки зрения Чуркина, названием Immediate Response ("Немедленный ответ"). По информации Пентагона, советники готовят грузинских солдат для несения службы в составе многонациональных сил в Ираке; но российский посол полагает, что для чего-то другого и что именно навыки, полученные от американских инструкторов, были применены в Южной Осетии.

Тем не менее главы делегаций остались при прежнем мнении: необходимо объявить прекращение огня, а потом уже углубляться в корни и ветви конфликта. Российский представитель, кроме того, навлек на себя порицание за нападки на руководство ООН.

Наконец, слово вновь взял Залмай Халилзад. Он указал, что представитель России по-прежнему уклоняется от ответа на вопрос о немедленном прекращении огня, а Москва отказывается вести переговоры с демократически избранным правительством Грузии. И неудивительно: в состоявшемся в тот же день телефонном разговоре с госсекретарем США Кондолизой Райс министр иностранных дел РФ Сергей Лавров назвал истинную цель России: "Саакашвили должен уйти". "Это абсолютно неприемлемо и выходит за всякие рамки. Действительно ли такова цель России в этом конфликте?" – спросил Халилзад Чуркина.

Понятно, что для Халилзада цитата из Лаврова была последним аргументом, козырем, который он берег на самый крайний случай. Драматургия этой сцены напоминала знаменитый обмен репликами между американским послом в ООН Эдлаем Стивенсоном и советским Валерианом Зориным на заседании СБ ООН 25 октября 1962 года. "Вы, посол Зорин, отрицаете, что СССР разместил ракеты средней дальности на Кубе? – грозно вопрошал Стивенсон. - Не ждите перевода – да или нет?" "Я не в американском суде, - ответил Зорин, - и не желаю отвечать на вопросы, заданные прокурорским тоном". "Вы на суде мирового общественного мнения!" - не унимался Стивенсон. "Вы получите ответ в надлежащее время", - отвечал Зорин. "Я готов ждать, покуда ад замерзнет", - изрек Стивенсон и продемонстрировал Совету фотографии ракет, полученные разведывательным самолетом.

На сей раз эффект был не так силен, хотя российский посол на мгновение, кажется, растерялся. Виталий Чуркин не стал отрицать, что такая фраза была сказана Лавровым. Напротив, он попытался убедить присутствующих в том, что ничего особенного в ней нет, и ернически предложил США присоединиться к требованию.

"Иногда бывают случаи, - объяснил он, - когда лидеры, некоторые из которых пришли к власти демократическим или полудемократическим путем, становятся преградой для того, чтобы народ мог выйти из той или иной ситуации. И в этих случаях некоторые лидеры принимают мужественное решение в отношении своего политического будущего. Иногда такие вопросы обсуждаются и между дипломатами. Но я обнадежен тем, что вы публично это говорите. Я полагаю, что это означает, что эта идея вас заинтересовала и вы готовы вынести ее на суд международной общественности".

Диалог этот, конечно, трудно назвать дружеским, доброжелательным или хотя бы нейтральным. Факт разглашения содержания конфиденциальной телефонной беседы, пожалуй, не имеет прецедентов в современной дипломатии.

Если бы председатель не закрыл заседание, Бог весть до чего бы еще договорились послы. Во всяком случае, выйдя после заседания к прессе, Чуркин повторил показавшийся ему удачным полемический оборот – дескать, американцы, похоже, готовы участвовать в отстранении Саакашвили от власти. Но Халилзад заявил: "Мы хотим, чтобы наши российские коллеги осознали: время свержения европейских лидеров силой оружия миновало. То, что российская ностальгия по прошлому выражается в такой форме, – опасный признак". И добавил: "Я призываю Российскую Федерацию тщательно взвесить последствия агрессии против суверенного и демократического государства. Продолжающееся нападение на Грузию и отказ участвовать в мирном разрешении кризиса скажутся на отношениях России с Соединенными Штатами и другими членами международного сообщества".

Вполне очевидно, что возврат к прежней идиллии маловероятен. Может, оно и к лучшему – без экивоков и околичностей разговор пойдет бодрее. Не надо заглядывать друг другу в глаза, лезть без мыла в душу и изображать закадычных дружбанов. От президентской дружбы толку мало.