Войти в аккаунт
Хотите наслаждаться полной версией, а также получить неограниченный доступ ко всем материалам?

Збигнев Бжезинский: \"Владимир Путин - безжалостное порождение КГБ, методичный и решительный националист\". Часть I

Збигнев Бжезинский: \"Владимир Путин - безжалостное порождение КГБ, методичный и решительный националист\". Часть I
"Путинский выбор. Какое место отведет история в своем пантеоне Путину?"

С ног до головы одетый в черное - даже водолазка была именно этого цвета (помнится, такой стиль в свое время предпочитал Бенито Муссолини) - бывший подполковник КГБ, а ныне президент Владимир Путин выступал перед тысячами восторженных молодых сторонников, собравшихся на московском стадионе 21 ноября 2007 г. Лейтмотивом его речи стало ксенофобское предостережение о нелояльности по отношению к государству, направленное против российских демократических неправительственных организаций, получающих субсидии из-за рубежа. 'К сожалению, находятся еще внутри страны те, кто 'шакалит' у иностранных посольств, . . . рассчитывает на поддержку иностранных фондов и правительств, а не на поддержку своего собственного народа', - гремел Путин под аккомпанемент патриотических песен советской эпохи, несущихся из репродукторов; толпа размахивала российскими флагами.

Через несколько дней тот же Путин, казалось бы, склонился перед авторитетом российской конституции, подтвердив, что, как положено, покинет пост президента по окончании второго срока в марте 2008 г. Этот шаг, однако, сопровождался 'помазанием' его лично подобранного преемника - давнего подчиненного по бюрократическим структурам и партнера по бизнесу Дмитрия Медведева. На следующий день человек, 'назначенный' будущим президентом, выразил надежду, что Путин согласится занять в новой администрации пост премьер-министра. С учетом характера политической власти в России выборы тем самым автоматически превращались в фарс, а авторитет путинского преемника был по сути выхолощен. Как заметил один из ведущих российских экспертов, 'Путин - не уходящий президент, он просто меняет свой статус. Он был "национальным менеджером" страны, а после марта станет ее национальным лидером'. (1) В фашистской Италии номинальным главой государства был король, но реальная власть принадлежала 'национальному лидеру' - Дуче.

Какое место отведет история в своем пантеоне человеку, которого американский президент однажды назвал 'родственной душой', в честь которого английская королева устроила торжественный банкет в Букингемском дворце, чей день рождения президент Франции желал официально отпраздновать в рамках встречи, где по идее должны были участвовать только представители стран НАТО (даже не посоветовавшись с руководством Латвии, где проходило заседание), человеку, которому удалось 'купить с потрохами' бывшего германского канцлера, сделав его деловым партнером, которому бывший итальянский премьер чуть ли не кланялся в пояс? Низкопоклонство западной прессы, сопровождавшее стремительное превращение Путина в мировую знаменитость, вознесло его на такой пьедестал, на котором не оказывался ни один российский лидер в истории - даже Александра I после победы над Наполеоном восторженные дамы в лондонских, парижских и венских салонах не превозносили с таким пылом.

Отчасти ответ на поставленный вопрос связан с долгосрочными негативными последствиями, которыми принимавшиеся Путиным решения, при всех их очевидной краткосрочной результативности, скорее всего обернутся для российской политической системы, экономики и геополитических перспектив. Чтобы ответить на него, надо также сравнить ситуацию, складывающуюся сегодня в России в результате политики, проводимой Путиным на посту главы государства, с возможными альтернативными 'плодами' его президентства, учитывая при этом сложные явления, преобладавшие в стране в начале 2000 г., когда Путина аналогичным образом 'отобрало' в качестве будущего лидера встревоженное окружение его больного предшественника. Контраст между тем, что происходит сегодня, и тем, что могло произойти, таким образом, станет основой для более глубокой исторической оценки.

Мотивация Путина

Для начала было бы уместно остановиться на немногочисленных имеющихся данных о внутренней мотивации человека, которому за восемь лет - признаем это - удалось стабилизировать российскую экономику и вернуть народу национальную гордость, во многом за счет использования в политических целях неожиданно возросших доходов, связанных со спросом на российские энергоносители на международном рынке. Путин завоевал внутри страны широкую популярность из-за того, что он покончил с социальным хаосом, вызванным распадом Советского Союза, а затем - беспорядочной приватизацией государственных предприятий, за счет которой скандально обогатились наиболее предприимчивые российские 'приватизаторы' и некоторые из их западных 'консультантов'.

Многих россиян - а также иностранных туристов и полных энтузиазма потенциальных инвесторов - завораживает новообретенная сверкающая пышность Москвы и восстановленный во всем былом величии Санкт-Петербург. Возрождение гордости россиян за свою страну вполне понятно, если вспомнить, какое чувство унижения вызвал у них внезапный распад СССР и ельцинская эпоха, которую они ассоциировали с анархией и грабительским капитализмом. Многие соотечественники испытывают удовлетворение от повышенного внимания к Путину на международной арене; на них производит впечатление и возврат Кремля к помпезным церемониям времен царской империи. Благодаря телевидению каждый россиянин может периодически стать 'гостем' Кремля: услышать торжественное пение фанфар и увидеть, как гвардейцы в театрально пышных мундирах раскрывают гигантские двери в раззолоченный зал, где представители российской элиты, выстроившиеся вдоль красной ковровой дорожки, поклонами приветствуют Путина, шествующего по ней энергичной походкой тренированного атлета.

Очевидно, что восстановление могущества и престижа России Путин с самого начала считал своей первостепенной задачей. Но сама констатация этого факта не проясняет, как именно он определял это могущество и престиж, какие основополагающие убеждения двигали им в этом стремлении, какие ценности, по мнению Путина, должна была представлять Россия, и как ей следовало относиться к собственному недавнему прошлому. Сам Путин никогда четко не излагал своих мотивов. В результате базой для гипотетической оценки некоторых его личных побуждений могут служить отрывочные косвенные данные, а также анализ конкретных результатов его политики.

Самым красноречивым свидетельством, пожалуй, следует признать одно его высказывание в ходе публичного выступления с очередным посланием к Федеральному собранию в 2005 г. Ничтоже сумняшеся он провозгласил в качестве практически самоочевидной истины: распад Советского Союза стал 'крупнейшей геополитической катастрофой 20 века'. Этим - отнюдь не праздным - заявлением он резко дистанцировался от двух своих непосредственных преемников, приветствовавших мирный демонтаж советской империи как победу российского народа на пути к демократии. Невзирая на то, что в течение одного столетия его страна пережила две необычайно кровавые и разрушительные мировые войны, а также разгул коммунистического террора и ГУЛАГ, Путин четко продемонстрировал, что его волнует прежде всего возвращение России статуса мировой державы.

Эта примечательный эпизод также позволяет предположить, что еще одна реплика, воспринятая поначалу просто как шутка, могла иметь под собой более серьезную подоплеку: речь идет о странном 'рапорте' Путина своим бывшим начальникам из КГБ в 2000 г. на праздновании 'Дня чекиста', учрежденного в честь советских органов госбезопасности - ЧК-НКВД-КГБ. Приехав в печально известную штаб-квартиру этой организации на Лубянке уже в качестве президента России, Путин тем не менее вел себя, как будто оставался ее сотрудником - отдал честь своим бывшим командирам и доложил: 'Задание номер один по приобретению полной власти в стране выполнено'. Не была ли эта загадочная фраза обтекаемым намеком на некую цель, которую поставила перед собой группа молодых и преданных сотрудников КГБ (включавшая и Путина), оставшихся не у дел и возмущенных жалким концом советской власти?

В период 'заката' СССР сотрудники КГБ представляли собой привилегированную элиту, объединявшую самых талантливых и амбициозных людей, порожденных советской системой. Став президентом, Путин наводнил Кремль выходцами из этой неординарной организации - так называемыми 'силовиками'. Можно предположить, что особое недовольство в связи с крушением СССР испытывали те, кто не успел добраться до вершины советской системы, но уже вкусил ее благ. В рядах этой группы стремление устранить последствия крушения и вернуть себе пьянящее ощущение власти, вероятно, было распространено больше, чем в любых других категориях бывшего советского чиновничества.

Свое личное мнение о преступлениях Иосифа Сталина Путин никогда не высказывал сколько-нибудь исчерпывающе или эмоционально. Периодически он осуждал сталинизм, но чисто формально, а дань памяти его жертвам воздавал лишь в минимальной степени. В одном из редких интервью, где он рассказывал о своей семье, Путин с особой привязанностью говорил о своем деде, невзирая на то - а возможно, насколько можно было понять из его реплик, отчасти именно из-за того - что тот служил в органах безопасности и обслуживал лично Владимира Ленина, а затем и Сталина. (Если бы у какого-нибудь германского лидера нашелся родственник вроде путинского деда, преданно служивший Адольфу Гитлеру, это вызвало бы международный скандал). То, что Путин публично участвует в торжествах, посвященных основателю советской тайной полиции, официально возражает против признания на Украине актом геноцида массового голода, вызванного сталинской коллективизацией, и негативно относится к тому, что в Прибалтике и Польше чтят память жертв массовых убийств, совершенных советскими властями, говорит о его весьма 'избирательном' подходе к советскому прошлому.

Кроме того, особая ярость, которую проявил Путин при решении чеченской проблемы сразу после вступления в высокую должность, включая и его вульгарную публичную реплику о том, где именно следует уничтожать участников чеченского сопротивления, создает впечатление, что российский лидер с самого начала ставит перед собой задачу не только урегулировать этот кризис, поразивший постсоветскую Россию, но и вернуть Москве устрашающее могущество, которым она обладала в советские времена. (2) Путин категорически отверг несколько попыток умеренных чеченцев и иностранных посредников найти компромиссную формулу мирного урегулирования конфликта, основанную на расширении автономии республики. В любом случае многолетняя непрекращающаяся военная операция по подавлению сопротивления чеченцев, жертвами которой стали, вероятно, более 100000 жителей республики, обернулась двумя непосредственными и значимыми результатами системного характера. Во-первых, она привела к укреплению и реабилитации ослабленных и деморализованных советских органов безопасности, создавая тем самым политическую базу для гегемонии силовиков в Кремле, и, во-вторых, направила русский национализм в антидемократическое русло ксенофобии.

К 2004 г. двое непосредственных предшественников Путина, Борис Ельцин и Михаил Горбачев, уже указывали на пагубные политические последствия непрекращающейся войны против чеченцев. Ельцин выразился со свойственной ему прямотой: 'Удушение свобод, свертывание демократических прав - это и есть, в том числе, победа террористов'. (3) Горбачев пошел еще дальше, призывая начать процесс политического урегулирования: 'Надо . . . идти на переговоры с умеренными боевиками, отсекать их от непримиримых экстремистов'. Путин остался непреклонен.

Еще одним 'ключиком' может служить очевидная личная неприязнь Путина к одному российскому олигарху, осмелившемуся заявить, что границы, разделяющие политический и финансовый сектора в постсоветской России, не должны в очередной раз размываться. Каковы бы ни были прегрешения Михаила Ходорковского в ходе приватизации по принципу 'выживает богатейший' в ельцинскую эпоху, к началу 21 века он сам и его нефтяная компания 'ЮКОС' стали символами экономической системы, приближенной к свободному рынку в его западном понимании. В то же время все более активная поддержка олигархом негосударственных демократических общественных организаций - как внутри страны, так и за ее пределами - отражала концепцию политического плюрализма, чуждую путинским, более традиционным представлениям о возрожденной России.

25 октября 2003 г. Ходорковский был арестован, а 31 мая 2005 г. приговорен к девяти годам тюрьмы. Его арест, осуждение и длительное пребывание за решеткой, как и античеченская кампания, обернулись далекоидущими последствиями системного характера. Результатом стал 'брак' политической власти с материальным богатством, переход России на рельсы государственного капитализма. Другие олигархи, запуганные, как бояре в далекие времена, склонились перед властью, получив взамен разрешение сохранить свои состояния, правда при условии, что будут делиться ими с власть имущими. Угодничество олигархов стало нормой.

По сообщениям российских источников сам Путин за этот период необычайно разбогател, что не может не вызывать подозрений. В начале ельцинской эпохи он был заместителем мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака, о котором ходили упорные слухи, что он замешан в коррупции. В ходе второго президентского срока Путина некоторые из этих слухов вновь всплыли на поверхность: в частности, его имя связывалось с сомнительными сделками в Финляндии. В ноябре 2007 г. старший научный сотрудник Института международной экономики им. Петерсона (Peterson Institute for International Economics) Андерс Аслунд (Anders Aslund), основываясь на конкретных утверждениях российских и германских источников о личном состоянии Путина, подсчитал, что оно должно достигать 41 миллиарда долларов. В значительной мере это состояние, как утверждается, состоит из ценных бумаг контролируемых государством топливно-энергетических компаний; в том числе 37% акций 'Сургутнефтегаза' и 4,5% акций 'Газпрома'. (4)

Должно быть одной из главных причин нежелания Путина отказаться от политической власти была озабоченность тем, как сохранить это богатство после ухода с поста главы государства. 'Силовики' тоже обогатились, следуя примеру 'собственников' государства в Нигерии и Саудовской Аравии; часть их капиталов размещена за рубежом. На фоне разлагающего слияния политической власти и личного обогащения в современной России привилегии советской коммунистической номенклатуры выглядят просто мелочью. И нынешний 'престолонаследник' Путина Медведев, долгие годы возглавлявший Администрацию президента и одновременно совет директоров 'Газпрома' - воплощает собой эту 'смычку'.

Повальная коррупция среди власть предержащих скорее всего обернется одним косвенным, непредвиденным результатом. В долгосрочной перспективе, как и в других богатых энергоресурсами странах, где возникла аналогичная тенденция, коррумпированность элиты, в том числе размещение личных состояний за рубежом, может стать главной причиной возмущения в обществе - особенно после того, как запасы сырья истощатся. В краткосрочном же плане она вынуждает коррупционеров инстинктивно занимать 'оборонительную позицию' - отсюда и конъюнктурное стремление Путина использовать национализм и ксенофобию в качестве инструмента, призванного мобилизовать общество в поддержку власть имущих, и одновременно отвлечь его внимание от привилегий последних.

Все это не похоже на образ политического фанатика-доктринера, стремящегося возродить сталинизм или Советский Союз. Путин предстает скорее безжалостным порождением КГБ, методичным и решительным националистом, который стремится вернуть России прежнее могущество, использует в конъюнктурных целях неожиданно пролившийся на Россию 'золотой дождь', и одновременно не гнушается без лишнего шума наслаждаться материальными выгодами от политической власти и втайне их преумножать. Советское воспитание побуждает его с опасением относиться к демократии, а гордость за Советский Союз мешает осудить преступления сталинизма. По мнению Путина и его 'силовиков' установление подлинно демократического строя поставило бы под угрозу и их власть, и их состояния. Таким образом, сочетание националистической гордыни и эгоистических материальных интересов вынуждает их строить государство, лишенное сталинского тоталитаризма или советского коллективизма, но одновременно отвергающее политический плюрализм и подлинно свободный рынок. В этой системе государство и экономика сращиваются и в теории, и на практике.

Об идеологии итальянского фашизма, с его цветистым стилем и скудным содержанием, напоминает и тот факт, что в выступлениях Путина не просматривается целостной концепции того, каким должны стать российское государство, экономика и общество. Националистическая 'лакировка' прошлого и расплывчатые упоминания о 'суверенной демократии' не дают сколько-нибудь четких ориентиров относительно будущего страны. Путин, как правило, сосредоточивает внимание на краткосрочной перспективе, делая акцент на таких понятиях, как национальная гордость, могущество, статус на мировой арене, и экономический прогресс, но не основываясь на какой-либо более масштабной доктринальной схеме. Лейтмотивами его риторики обычно являются укрепление государства, максимальное преумножение его богатства, а также демонизация его внутренних и внешних врагов. На уровне политической символики его образ - будь то в наглядной агитации или на телевидении - персонифицирует 'триумф воли'.

Так или иначе, фактический контроль над политическими возможностями и финансовыми активами государства, а также дезориентация общественности позволяют Путину принимать решения, в совокупности толкающие Россию в трех основных направлениях: в политическом плане - к все более репрессивному авторитарному режиму, в экономике - к централизованному корпоративному этатизму, а во внешней политике - к явно реваншистской позиции. Каждое из этих направлений отражает не только личные пристрастия Путина, но и общие интересы его единомышленников - высшей политической элиты. Но подобный путь развития в долгосрочном плане чреват для страны опасностями. Таким образом, в рамках критического анализа деятельности Путина необходимо также ответить на вопрос: существовали ли реальные долгосрочные альтернативы тому выбору, который он делает от лица России.

Государство: репрессивный авторитаризм вместо постепенной институционализации формирующегося демократического правового строя

Не будем отрицать: к моменту прихода Путина к власти социально-экономическая система России была расстроена. Вопреки утверждениям его апологетов, конец этому социально-экономическому беспорядку не был положен, как по отдельности, так и в совокупности, ни беспощадными репрессиями против чеченцев; ни показательным процессом над Ходорковским и конфискацией его активов; ни все большим подчинением телевидения и радио политическому контролю; ни поэтапным восстановлением централизованного политического контроля над российскими регионами, со всеми их разнообразными особенностями; ни манипуляциями с выборным процессом; ни растущим вмешательством государства в деятельность неправительственных демократических организаций на том основании, что они угрожают суверенитету России; ни созданием властями политических партий, имеющих привилегированный доступ в СМИ; ни ограничением активности оппозиционных партий полицейскими методами; ни поддерживаемым властями националистическим молодежным движением 'Наши', преданным лично Путину; ни намеренным раздуванием контролируемыми государством СМИ ксенофобских настроений для укрепления 'национального единства'. Кульминацией всего перечисленного стала неприкрытая манипуляция положениями конституции - а ведь принятие этого Основного закона в свое время расценивалось как доказательство окончательного вступления России в демократическое сообщество наций.

Политическую атмосферу в России еще больше отравляют загадочные убийства независимых журналистов, явно равнодушное отношение Путина к убийству главного критика его политики в Чечне Анны Политковской, и публично объявленное решение о предоставлении ФСБ полномочий на проведение 'ликвидаций' за рубежом, за которым вскоре последовало шокирующее убийство в Лондоне 'возмутителя спокойствия' - перебежчика из ФСБ Александра Литвиненко. Метод, избранный для устранения Литвиненко, позволяет предположить, что его организаторы намеренно предпринимали усилия с тем, чтобы замести следы этого убийства и одновременно причинить жертве максимум страданий, чтобы преподать наглядный урок всем недовольным сотрудникам ФСБ, которые решатся бежать за границу по политическим мотивам.

Хотя убийства Политковской и Литвиненко привлекли наибольшее внимание СМИ, их, как видно из Таблицы 1, нельзя считать единичными случаями.

Таблица 1. Политически значимые убийства.

27 июля 2006 г., незадолго до убийства Анны Политковской, организация 'Репортеры без границ' утверждала: 'С 2000 г. в России не менее 13 журналистов были убиты по причинам, связанным с их профессиональной деятельностью, и ни одно из этих дел до сих пор не раскрыто властями'. По данным неправительственной организации Комитет по защите журналистов, с 2000 г. в России за исполнение своего профессионального долга были убиты 14 работников СМИ, Ни одно из этих преступлений не раскрыто, а 13 из них явно представляли собой заказные убийства.
 

Журналисты
ИмяРод деятельностиДата убийстваМетод убийства
Эдуард МаркевичГлавный редактор газеты18 сентября 2001 г.Застрелен
Наталья СкрыльКорреспондент8 марта 2002 г.Скончалась от побоев
Валерий ИвановГлавный редактор газеты 'Тольяттинское обозрение', директор независимой телевизионной станции29 апреля 2002 г.Застрелен
Юрий ЩекочихинЖурналист, политик3 июля 2003 г.Отравлен таллием
Алексей СидоровПреемник Валерия Иванова9 октября 2003 г.Зарезан
Пол ХлебниковГлавный редактор русской версии журнала Forbes6 июля 2004 г.Застрелен
Евгений ГерасименкоКорреспондент газеты26 июля 2006 г.Подвергнут пыткам и задушен
Анна ПолитковскаяЖурналистка7 октября 2006 г.Застрелена
Бизнесмены
ИмяРод деятельностиДата убийстваМетод убийства
Сергей ПономаревПредседатель правления 'Академхимбанка'29 июня 2000 г. 
Олег БелоненкоГенеральный директор АО 'Уралмаш'11 июля 2000 г.Застрелен
Павел ЩербаковПредседатель правления финансовой группы 'Алфавит'3 июня 2002 г. 
Игорь КлимовИ.о. генерального директора оборонного предприятия 'Алмаз-Антей'6 июня 2003 г.Застрелен
Игорь КлимовИ.о. генерального директора оборонного предприятия 'Алмаз-Антей'6 июня 2003 г.Застрелен
Сергей ЩиткоКоммерческий директор оборонного предприятия РАТЕП7 июня 2003 г.Застрелен
Александр СлесаревБывший владелец двух российских банков16 октября 2005 г.Застрелен
Андрей КозловПервый заместитель председателя Центрального банка Российской ФедерацииПервый заместитель председателя Центрального банка Российской ФедерацииЗастрелен
Энвер ЗиганшинГлавный инженер ОАО 'РУСИА Петролеум'30 сентября 2006 г.Застрелен
Анатолий ВоронинУправляющий делами информационного агентства ИТАР-ТАСС15 октября 2006 г.Зарезан
Зелимхан МагомедовГенеральный директор фонда 'Национальный нефтяной институт'14 ноября 2006 г.Застрелен
Александр СамойленкоГенеральный директор компании 'ИТЕРА-Самара'4 декабря 2006 г. 
Политики
ИмяРод деятельностиДата убийстваМетод убийства
Валентин ЦветковГубернатор Магаданской области18 октября 2002 г.Застрелен
Сергей ЮшенковДепутат Думы, либерал17 апреля 2003 г.Застрелен
Валерий МарьясовВице-мэр Новосибирска2 марта 2004 г.Застрелен
Александр СеменовДепутат городской думы г. Ирбит15 октября 2006 г.Застрелен

Дмитрий ФотьяновКандидат в мэры Дальнегорска19 октября 2006 г.Застрелен
Политические оппоненты, проживавшие за рубежом
ИмяРод деятельностиДата убийстваМетод убийства
Зелимхан ЯндарбиевПисатель, исполняющий обязанности президента Чеченской Республики Ичкерия13 февраля 2004 г.Взрывное устройство
Александр ЛитвиненкоВ прошлом - агент спецслужб23 ноября 2006 г.Отравлен полонием



В большинстве перечисленных случаев у жертв были 'неудобные' политические взгляды, а виновники до сих пор не арестованы, что усиливает подозрения относительно того, что эти убийства носили политический характер и осуществлялись под защитным 'зонтиком' государства.

Если на раннем этапе, принимая соответствующие решения, Путин руководствовался стремлением 'наказать в назидание другим' чеченцев, а затем Ходорковского, то постоянно усиливающиеся атаки на правовое наследие ельцинской эпохи во многом стали результатом личного и коллективного ощущения шаткости своих позиций, охватившего российскую элиту. Катализатором здесь стали демократические выборы, состоявшиеся в двух соседних постсоветских республиках. Победа 'революции роз' в Грузии в конце 2003 г. и 'оранжевой революции' на Украине в конце 2004 г. вызвала в Кремле настоящую панику. Эти революции подверглись яростной критике как результат происков США и предвестники аналогичных, организованных извне покушений на российскую 'суверенную демократию'. Вдохновленная властями публичная кампания против подрывной деятельности иностранцев вскоре приобрела и внутриполитическую направленность. Результатам стали неприкрытые и все более деспотические манипуляции политическими процессами в России, кульминацией которых явились выборы в Думу в конце 2007 г., по сути представлявшие собой контролируемый государством плебисцит о доверии Путину. Главный парадокс ситуации заключается в том, что Путин наверняка добился бы успеха даже в том случае, если бы выборный процесс отличался подлинной состязательностью.

Некоторые утверждают, что приостановка, а затем и свертывание демократизации в России были необходимы, чтобы излечить одолевавшие страну социально-экономические недуги. Приходится слышать и другой аргумент: деморализующий семидесятилетний советский период оставил в наследство аполитическую культуру, не благоприятствующую демократии. Однако сторонники этих гипотез игнорируют тот факт, что соседняя Украина, давно связанная с Россией, близкая к ней в культурном отношении, пережившая тот же самый советский период, а затем и 'свободное падение' после распада СССР, сумела преодолеть свои внутренние затруднения без поворота в сторону националистической диктатуры. На Украине несколько раз проходили президентские выборы, чей результат не был предопределен заранее, она сумела сохранить дееспособный парламентаризм и свободу СМИ. Сегодня ее политическая культура больше напоминает европейскую, да и сама страна стала ближе к Европе, чем Россия. А ведь еще двадцать лет назад это было не так.

Следует, однако, отметить, что совокупным результатом путинского отката от демократии стало возникновение политической системы, не напоминающей ни советскую, ни германскую в период нацизма, ни китайскую. В отличие от сталинской или гитлеровской системы она, несомненно, не является тоталитарной. В нынешнем российском государстве нет ГУЛАГа, оно не разрабатывает планы геноцида, не стремится к всепроникающему контролю над жизнью общества, и не прибегает к массовому террору. В отличие от тоталитаризма, нынешний российский репрессивный авторитаризм оставляет определенное пространство для инакомыслия на индивидуальном уровне, свободы слова в неофициальной обстановке, и тем более свободы в частной жизни, не связанной с политической сферой. В долгосрочном плане немалое политическое значение имеет тот факт, что граждане имеют право относительно свободно выезжать за рубеж - особенно те, кому это по карману. Кроме того, в отличие от китайских реформ, социальные преобразования в России не подчиняются каким-либо программным установкам.

В конечном итоге политическая устойчивость путинской авторитарной системы представляет собой производную от неожиданно обрушившегося на страну, но возможно преходящего, богатства, и полностью зависит от него. Именно с этим богатством связаны и пассивное согласие общества с происходящим, и популярность самого Путина. Тем не менее, зависимость системы от притока капиталов за счет добычи и экспорта сырьевых ресурсов обнаруживает и ее фундаментальную слабость. Происходящее в результате неприкрытое сосредоточение богатства на вершине властной пирамиды оказывает разлагающее, а в конечном итоге и деморализующее воздействие на общество. Пока та его часть, которой власть делится с гражданами, достаточна, чтобы поддерживать ощущение общего роста благосостояния, социального брожения не происходит. Рано или поздно, однако, недовольство на индивидуальном, местном и региональном уровне, скорее всего, начнет накапливаться, создавая благоприятную почву для брожения в тех слоях общества, что уже не изолированы герметически от внешнего мира. Россияне, в отличие от жителей Нигерии и Саудовской Аравии, все больше отождествляют себя в социокультурном плане с западным образом жизни, и это, со временем, возможно, будет способствовать формированию у них более критически заостренного политического сознания.

В любом случае, Путин остановил, а затем и повернул вспять движение российской политической системы в сторону подлинной правовой демократии. Март 2008 г. мог бы стать водоразделом в истории России. Ее демократизация при Ельцине носила непоследовательный, противоречивый, а временами и конфликтный характер. Тем не менее 10 лет назад страна была свободнее, чем сегодня. Тогда еще не произошла институционализация либерально-демократического строя, но Россия, пусть и спотыкаясь, продвигалась именно в этом направлении. В таких условиях Путин все равно смог бы занимать господствующие позиции на политической арене, извлекая преимущества из улучшившегося финансового положения страны, и используя их для укрепления зачатков демократии в таких сферах, как обеспечение гражданских прав, свободы самовыражения и соблюдения 'правил приличия' в политике. Однако прошлая карьера в спецслужбах, чисто советская великодержавная гордыня, а в конечном итоге, и беспокойство за накопленное состояние побуждали его идти в ином направлении - к явному ущербу для судеб страны.

Одним словом, восемь лет правления Путина стали периодом регресса в сторону произвола и репрессий в политической жизни, - а могли бы войти в историю как годы пусть и скромного, но поступательного движения к конституционной форме правления. Поворот в сторону авторитаризма в политической жизни страны стал результатом его выбора, а не неизбежной необходимости.

Экономика: централизованный корпоративный этатизм вместо смешанной экономики, повышения прозрачности и верховенства закона

Конечной задачей созданной Путиным экономической системы было не раскрепощение инициативы граждан ради обновления российского общества, а укрепление позиций государства. Еще в Петербурге, работая заместителем далеко не аскетичного Собчака, Путин впервые напрямую столкнулся с притягательной силой денег и радостями, которые давало тайно накопленное состояние. Для бывшего офицера КГБ, получавшего скромное жалованье, это, должно быть было новое и пьянящее ощущение. Вряд ли оно породило в нем ностальгию по непритязательному образу жизни в советскую эпоху. Но он, несомненно осознал, насколько мощную формулу представляет собой соединение политической власти и личного богатства.

Когда Путин встал во главе постсоветской России, его шаги по воплощению этого симбиоза на практике подкреплялись императивами российской экономики - разладившейся, сбившейся с пути, утратившей ориентиры. Объем валового национального продукта (ВНП) резко сократился - настолько, что это рождало мрачные параллели с Великой депрессией в США. Особенно сильно пострадал советский средний класс - работники бюрократического аппарата, которые и раньше не могли похвастаться особенно высоким уровнем жизни. Регионы, веками находившиеся под управлением Москвы, вдруг стали независимыми государствами, требуя уважения к своему суверенитету и права на владение активами, находящимися на их территории. Типична в этом отношении судьба гигантской компании 'Аэрофлот': новые независимые государства 'унаследовали' те из принадлежащих ей самолетов, что находились на их аэродромах в день 'роспуска' СССР. Одновременно, осуществлявшаяся по принципу 'хватай, что плохо лежит' приватизация государственных предприятий, работавших прежде в рамках плановой экономики, привела к сомнительному с юридической точки зрения, но баснословному обогащению узкой группы людей. Государственная розничная торговля попросту рухнула: ей на смену поначалу пришли мелкие частные торговые предприятия - зачастую представлявшие собой просто уличные лотки и киоски.

В этих условиях восстановление политического контроля над экономической жизнью страны представлялось соблазнительным способом решения проблемы в краткосрочной перспективе. Принудительный симбиоз путинских силовиков с новой олигархической прослойкой в буквальном смысле подпитывался увеличивавшемуся благодаря счастливому стечению обстоятельств притоку ликвидности и иностранных инвестиций, в основном связанному с растущим спросом на российские энергоносители в Европе. В результате положительное сальдо торгового баланса России в конце 2007 г. составило солидные 128 миллиардов долларов, а объем золотовалютных резервов достиг 466 миллиардов долларов. (5) По мере ускорения темпов роста ВНП - к 2003 г. он достиг уровня предкризисного 1990 г., и продолжает увеличиваться в среднем на 6% в год - плоды сосуществования государственной власти с материальным обогащением в Кремле начали распространяться на более широкий круг лиц, но распределяются они еще более неравномерно.

Результаты экономического оживления особенно бросаются в глаза в Москве и Санкт-Петербурге - отчасти это связано с политическими решениями по реализации самых 'заметных', престижных проектов, призванных служить доказательством восстановления прежнего статуса России на международной арене, а отчасти с тем, что именно в этих двух городах традиционно сосредоточена социально-политическая элита страны. Хотя другие регионы изменения затронули в меньшей степени, а в деревне их практически не видно, экономическое оживление воздействует и на более широкие круги общества. Оно стимулирует зарождение среднего класса, в составе которого растет доля людей, занимающихся индивидуальной предпринимательской деятельностью, или по крайней мере, работающих за пределами госсектора, чье стремление к более высокому уровню жизни все больше определяется общемировыми стандартами потребления, характерными для городских слоев в эпоху глобализации. Для нарождающегося нового среднего класса, не говоря уже о действительно богатых и влиятельных людях, образ жизни, отличавший советскую эпоху, окончательно ушел в прошлое, и не вызывает никакой ностальгии.

Источник: www.flb.ru

{{ rating.votes_against }} {{ rating.rating }} {{ rating.votes_for }}

Комментировать

осталось 1800 символов
Свернуть комментарии

Все комментарии (4)

coldflow

комментирует материал 25.04.2008 #

Это тот самый Бжезинский, который в свое время был апологетом уничтожения СССР как Империи Зла?

user avatar
Tokugawa

комментирует материал 25.04.2008 #

\"\'Надо . . . идти на переговоры с умеренными боевиками\" - и что не так? С кадыровым и договорились.

Хотя словосочетание \"умеренный боевик\" - за гранью добра и зла, конечно.

user avatar
coldflow

комментирует материал 25.04.2008 #

Я как-то не уловил. Изничтожение сорокинских писаний г-н Бжезинский запараллелил или упустил?

user avatar
×
Заявите о себе всем пользователям Макспарка!

Заказав эту услугу, Вас смогут все увидеть в блоке "Макспаркеры рекомендуют" - тем самым Вы быстро найдете новых друзей, единомышленников, читателей, партнеров.

Оплата данного размещения производится при помощи Ставок. Каждая купленная ставка позволяет на 1 час разместить рекламу в специальном блоке в правой колонке. В блок попадают три объявления с наибольшим количеством неизрасходованных ставок. По истечении периода в 1 час показа объявления, у него списывается 1 ставка.

Сейчас для мгновенного попадания в этот блок нужно купить 1 ставку.

Цена 10.00 MP
Цена 40.00 MP
Цена 70.00 MP
Цена 120.00 MP
Оплата

К оплате 10.00 MP. У вас на счете 0 MP. Пополнить счет

Войти как пользователь
email
{{ err }}
Password
{{ err }}
captcha
{{ err }}
Обычная pегистрация

Зарегистрированы в Newsland или Maxpark? Войти

email
{{ errors.email_error }}
password
{{ errors.password_error }}
password
{{ errors.confirm_password_error }}
{{ errors.first_name_error }}
{{ errors.last_name_error }}
{{ errors.sex_error }}
{{ errors.birth_date_error }}
{{ errors.agree_to_terms_error }}
Восстановление пароля
email
{{ errors.email }}
Восстановление пароля
Выбор аккаунта

Указанные регистрационные данные повторяются на сайтах Newsland.com и Maxpark.com