Буддизм хочет стать политическим?

На модерации Отложенный Все мы любим буддизм - это самая мирная из религий, даже комаров убивать, не то что в человека стрелять, не дозволяет. Этот стереотип настолько укоренился в нашем сознании, что события последнего года никак не удается вписать в привычную схему. Как же так - вначале власти Мьянмы (бывшая Бирма), а затем Китая объявляют, что происходившие на их территории народные волнения спровоцированы буддийскими монахами! Более того, после подавления так называемых "народных выступлений" на территории монастырей обнаруживается взрывчатка, оружие.

Как же они попали к мирным монахам? Ведь они просто добивались демократизации, боролись в Мьянме с военной хунтой, подавляющей права человека, а в Китае - с ханьскими оккупантами, поработившими свободный Тибет, этот духовный центр самой мирной из религий. "Подбросили!" - находим мы самый простой и очевидный ответ.

Но всегда ли самый простой ответ - верный? Конечно, кому как не гражданам современной России помнить, с какой легкостью советские спецслужбы могли что-то подкинуть "неугодному". Да и нынешние правоохранительные органы, чего греха таить, тоже такими методами доказательств иногда не гнушаются. Но разве тибетские или мьянмские монахи утверждают, что солдаты завозили в монастыри оружие, взрывчатку, средства связи - чтобы затем объявить, что нашли их при обыске? А если нет, если оружие не было подброшено, то как же оно оказалось у буддийских монахов?

Тут надо вспомнить, что такие термины, как "политический ислам", "исламский фундаментализм" и даже "исламский терроризм", давно уже закрепились в нашем бытовом языке. Но почему, именуя так ислам, мы отказываем другим, так называемым мировым религиям в праве иметь собственные "политические" цели? Ведь достаточно вспомнить, что Тибет до насильственного присоединения к Китаю был теократическим государством, чтобы понять, что буддизм также имеет свои интересы, в том числе и в политике, а значит, и свои традиции по защите интересов - если потребуется, то и с оружием в руках. Тому существует множество исторических примеров.

Например, Мьянму в 1961 году законное правительство провозгласило буддийским государством. Но в условиях многонациональной и поликонфессиональной страны этот шаг (что неудивительно) закончился военным переворотом 1962 года. А теократический режим Тибета в 1959 году спровоцировал военное вторжение Китая и фактическое упразднение существовавшей тогда автономии. Кстати, только после подписания в 1951 году договора с Китаем в "мирном" и "человеколюбивом" Тибете было отменено рабство.

Нетрудно заметить, что события в Мьянме и в Тибете приблизительно совпадали по времени.

Видимо, речь шла о некой политической "волне" в буддийских странах. И вот когда сейчас говорят об очередной активизации "политического ислама", события последнего года в Мьянме (бывшая Бирма) и в китайском Тибете заставляют вспомнить также и термин "политический буддизм".

Те же беспорядки в Мьянме некоторые аналитики объясняют расхождением интересов Всебирманского альянса буддийских монахов с правящей хунтой. При том, что до недавнего времени монахи поддерживали власть и даже сегодня пользуются значительными финансовыми, политическими и социальными преференциями.

Показательна и реакция на кризис в Мьянме тибетского представителя "политического буддизма". Убежденный противник насилия даже в борьбе с китайскими оккупантами собственного народа, Далай-лама XIV, всегда осуждавший рядовые случаи вооруженного сопротивления оккупантам, тем не менее поддержал бирманских буддистов. "Как буддийский монах, я призываю всех членов военного режима, которые придерживаются буддийской веры, действовать в соответствии со священной Дхармой в духе сострадания и ненасилия", - заявил духовный лидер тибетских буддистов.

Тот факт, что власти Мьянмы изъяли оружие из буддийских монастырей с целью предотвращения дальнейших массовых волнений, его ничуть не смутил. Ведь и в Тибете китайцы заявляли об обнаружении аж в 11 монастырях оружия и взрывчатых веществ, чему Далай-лама призывает западное сообщество не верить.

И оно не поверит, пусть даже увидит эти свидетельства политизации буддизма собственными глазами. Проблема здесь в том, что, в отличие от "политического ислама", который идеологически противостоит Западу, протестующие буддисты, по крайней мере на словах, требуют демократии, прав человека и находят в этом поддержку со стороны Запада.

Причем, очевидно, не только в прессе, но и во властных кабинетах. Тот факт, что журналисты предпочитают замечать лишь те факты, которые лежат на поверхности, неудивителен. Такое, к сожалению, бывает довольно часто.

Но лидеры западных стран не могут не понимать, что речь идет о борьбе светских диктаторов и религиозных властей, как это было в Европе в позднем Средневековье. И они это понимают и тем не менее, поскольку в их политических интересах раскачивать несговорчивые режимы в Китае и Мьянме, предпочитают поддерживать политический буддизм. Выскажу только предположение: оружие в монастыри все же завозили сами монахи, а поставляли его им те самые люди, которые советуют западным лидерам демонстративно встречаться с Далай-ламой, несмотря на отчаянные протесты Китая.