Их уже не спасти

Ричмонд, Лондон. Очередной дерзкий налёт на ювелиров: кувалда, разбитая витрина, паника. Смелые сотрудники пытаются дать отпор, пока грабители грузят добычу в сумку. Преступники скрываются, полиция их ищет.

Любому депутату совершенно ясно, что проблему решит только одно: полный запрет на продажу ювелирных изделий. Нет украшений — нет и искушения их украсть. Логично же.

А вот Лонг-Бич, США. Кандидат в мэры Рохелио Мартинес предложил радикальный план: собрать всех 55 лидеров местных банд и совместными усилиями «избавиться» от агентов ICE.

Блестящая инициатива. Легализовать преступность и направить на борьбу с государственными служащими. Очевидно, следующий шаг — назначить главаря самой крупной банды начальником полиции, для синергии. Логично же.

Или вот Турин, Италия. Ультралевые и антифа устроили погром, забрасывая полицию камнями и коктейлями Молотова. Причина — протест против выселения из незаконно занятого социального центра «Аскатасуна». Премьер-министр Джорджа Мелони назвала погромщиков «врагами государства» и напомнила, что выселение было законным.

А всё почему?

Потому что работать-то этой молодежи совсем некогда, есть гораздо важнее вещи: незаконно занять здание, устроить массовые беспорядки и попытаться поджечь кого-нибудь из представителей закона.

А вот Мадрид, Испания. Представительница испанских ультралевых публично заявила: «Я верю в «теорию замещения». Я надеюсь, что мы сможем очистить эту страну от фашистов и расистов с помощью иммигрантов…»

Порой думаешь, что Европу еще можно спасти, но вот так посмотришь выступления политиков — и понимаешь, что уже нет.

Тем временем голливудский режиссёр Кристофер Нолан, взявшись за миф о Елене Прекрасной, чей облик — золотые волосы и голубые глаза — веками был каноном в искусстве, сделал смелый кастинг. На роль 12-летней спартанской царевны, из-за которой началась Троянская война, выбрана актриса, чья внешность радикально отличается от классических описаний. Слева — максимально литературный образ, справа — выбор режиссёра:

Современный кинематограф в очередной раз доказал: историческая и мифологическая достоверность — ничто перед священной коровой разнообразия.