Марк Фейгин, адвокат Надежды Савченко: думаю, что летчиком ей уже больше не быть

Более полутора лет длится «дело Савченко». Приговор вынесен, но само дело, главная его часть еще далеко не закончена. И все понимают, вопрос вообще не в приговоре - 23 года, как просило обвинение, или 22, как дал суд - а в тех политических договоренностях, которые могут быть достигнуты. Которые должны быть достигнуты. Потому что речь идет о жизни такого удивительного человека, как Надежда Викторовна Савченко.

Об этом мы говорим с адвокатом Марком Фейгиным.

ДУМАЮ, САВЧЕНКО БОЛЬШЕ НЕ СМОЖЕТ БЫТЬ ЛЕТЧИКОМ

- В Фейсбуке Надежды Савченко, который, насколько я понимаю, ведет от ее имени сестра Вера, сказано, что по истечении 10 рабочих дней после оглашения приговора, 6 апреля она объявит сухую голодовку. Можете уточнить, что у Надежды сейчас, в каком состоянии здоровье?

- Сейчас она по-прежнему ведет обычную голодовку. В рамках кампании, которая разворачивается против нее, было много насмешек, что нельзя так долго голодать - с декабря. Так мы и не скрывали, что Надежда принимала детские смеси, жидкую органическую пищу. Без этого она просто не могла бы участвовать в судебных заседаниях. Но при этом она отказалась от твердой пищи. Что касается состояния здоровья, то с ней периодически что-то происходит, появляются какие-то проблемы.

- Говорилось, в частности, о проблемах с почками. И что ноги от этого болят.

- Не хочу сейчас подробно касаться темы здоровья Надежды Викторовны. Но думаю, что летчиком ей уже больше не быть. Эти длительные голодания, отсутствие полноценного питания не могли не сказаться на здоровье. Она конечно человек еще молодой, в самом расцвете (Савченко 1981 г.р. -О.К.). Но все-таки в этом возрасте восстановление организма после таких тяжелых испытаний проходит не так просто. А у летчиков должно быть очень крепкое здоровье - у них весьма серьезные медкомиссии. В том числе и для штурманов.

 

Реакция на приговор, вынесенный Савченко, еще последует - и в Европе, и из-за океана. Потому что нельзя так откровенно и цинично игнорировать призывы общественности, дипломатии

 

- В одном из твитов, когда уже стало ясно - приговор будет обвинительным, вы написали, что теперь Кремлю стоит готовиться к резкой реакции мира. И добавили: «Я знаю». Можете, уточнить, что вы знали?

- Прежде всего, знал о предстоящих заявлениях Петра Порошенко. Это из общения со Станиславом Цеголко. От украинского МИДа знал о заявлениях Европейского Союза... Но вот дальше некоторые коррективы внесли последние события - ужасные кровожадные теракты в Брюсселе. Это непредсказуемо, так уж совпало. И, конечно, мировые лидеры были обязаны отреагировать на эту угрозу. Но, уверяю вас, реакция на приговор, вынесенный Савченко, еще последует - и в Европе, и из-за океана. Потому что нельзя так откровенно и цинично игнорировать призывы общественности, дипломатии.

ПРИСЛУШАЕТСЯ ЛИ САВЧЕНКО К НАШИМ ДОВОДАМ - ВОПРОС

- Но с другой стороны, вы сами постоянно говорили о предсказуемости такого приговора.

 

Правоохранительная система РФ вступила в новую фазу деградации. Пропаганда уже не действует, как раньше

- Конечно. И вот именно эта предсказуемость и является диагнозом для российской правоохранительной системы. Она вступила в новую фазу деградации. Пропаганда уже не действует, как раньше. Все труднее продавать версию о российском суде как конституционной ветви власти. И сказками о плохих адвокатах, не сумевших ничего показать и доказать, уже не накормишь. То есть внутри России это еще действует, но за рубежом - уже нет. Так что ближайшие дни ждите заявлений, что решение суда по Савченко никем не принимается. И это будет иметь скверные последствия для Кремля (за время, прошедшее после этого разговора, такие заявления уже последовали, в частности от Госдепа США, - О.К.).

- Что вы планируете делать в ближайшие дни и в целом до 6 апреля? Может быть, встречи, пресс-конференции, важные деловые поездки?

- Ну, строго говоря, процессуальная работа закончилась.

А дальше у нас стандартные процедуры. Как вы знаете, по просьбе Савченко, мы не будем подавать апелляцию. Поэтому путь в ЕСПЧ с этим делом закрыт. Но я уже сегодня говорил о том, что запустил несколько международных юридических процедур по ее освобождению. Первая - через Рабочую группу ООН по произвольным задержаниям... Вторая - обращение к специальному докладчику ООН по правозащитникам. Хочу обратить внимание на первый вариант. Эта ООН-овская комиссия находится в Женеве. И выносимые ею решения работали, людей выпускали. Правда, к России до сих пор это не относилось. Скажу вам больше. Мне сказали, что когда из Женевы был отправлен запрос в Россию по поводу Савченко, на него даже не ответили. То есть, теперь, в апреле этот вопрос в Рабочей группе ООН будет рассматриваться без российского представителя. Что ж, посмотрим, какое будет решение. На мой взгляд, вполне самоценная юридическая процедура. Кстати, этот опыт может быть полезен в связи с другими украинскими политзаключенными. Но это уже работа их адвокатов.

 

- Планируете ли вы пойти в СИЗО к Савченко?

- Да, это очень важно. На судебном заседании нам так и не удалось пообщаться с ней. Поэтому в среду утром я и Коля пойдем к Надежде Викторовне, будем обсуждать с ней дальнейшие действия. Прежде всего, хотим понять, что она сама планирует делать. И как это согласуется с юридическими тонкостями. Вот, например, говорилось, что дата сухой голодовки назначена на 6 апреля, на десятый рабочий день после объявления приговора, когда он вступит в силу. Но это если отсчитывать от среды. Однако приговор еще нужно перевести на родной язык подсудимой. А вы видели, его только зачитывали два дня. Перевод может занять день, может три, может больше. И те 10 рабочих дней отсчитываются от вручения аутентичного перевода приговора подсудимому. Но согласится ли Савченко прислушиваться к таким доводам, переносить в связи с этим сухую голодовку - большой вопрос.

- Уникальный случай - 23 марта в Москву прибывают как бы по отдельности, но в одни сроки главы внешнеполитических ведомств США и ФРГ. Темы разговоров с Кремлем заявлены широкие - и Сирия, и Минск-2. Но как совпали эти визиты - пришлись на следующий день после оглашения приговора Савченко. Как вам кажется, у Керри и Штайнмайера были договоренности, согласование?

 

И вот тут - на следующий день после приговора - такие гости. Причем оба уже заявляли, что будут говорить и о Савченко

- Тут у меня никакого инсайда нет. Но давайте смотреть по обстоятельствам. Визиты на таком уровне продумываются, планируются тщательно, с учетом всех деталей. А что частенько говорил по поводу Савченко президент России: «Давайте не будем торопиться, дождемся вынесения приговора». И вот тут - на следующий день после приговора - такие гости. Причем оба уже заявляли, что будут говорить и о Савченко. Так что с высокой долей вероятности можно предположить, что это все согласовывалось и координировалось. Особенно если учесть, какое заявление по Савченко сделал Барак Обама, или вспомнить, какую роль в освобождении Ходорковского, по слухам, сыграла Ангела Меркель. И вот сейчас, когда мы в связи с делом Савченко говорим о таких именах и таких фигурах, смешно вспоминать, что нам рассказывали все это время наши недоброжелатели. Что мы недостаточно занимаемся процессуальной работой, излишне политизируем дело... С таким правосудием у нас, в изначально политизированных процессах, нет альтернативы - добился или не добился оправдательного приговора. Тут вопрос стоит иначе: спас - не спас. А давайте сейчас представим, что мы бы не вели процесс так публично и открыто. И на что бы мы сейчас вышли? На те же 22 года приговора, но БЕЗ такой международной поддержки. А с другой стороны, если бы мы не были убедительны как защитники в своих процессуальных действиях, разве у нас сейчас была бы такая всемирная поддержка?.. Проблема у нас одна - мы не знаем, чего хочет Путин... Однако я уверен, что Савченко теперь нельзя будет вот так спокойно отправить куда-нибудь в Якутию, как, к сожалению, произошло с другим украинским политзаключенным.