Медведева посадили на крышку бурлящего котла

«Медвежья рокировка» в руководстве «Единой России» лишь отсрочит неизбежный крах нынешней партии власти.

Во вторник избранный президент России Владимир Путин заявил, что намерен покинуть пост председателя «Единой России» и рекомендует избрать своим преемником будущего председателя правительства Дмитрия Медведева.

Это решение означает, что «Единая Россия», чья судьба висела на волоске после массовых митингов протеста, прошедших за последние несколько месяцев, все же остается «в игре». Разгонять ее пока не будут, хотя многие наблюдатели и советовали властям провести ребрендинг «партии жуликов и воров» (это название закрепилось за ЕР с легкой руки Алексея Навального).

Похоже, реанимировать ЕР теперь придется Медведеву. Задача не из легких. Наша партия власти официально не имеет никакой идеологии. Нельзя точно сказать, правая она или левая. Она – «всехняя». Так когда-то сказал сын знаменитой Валентины Леонтьевой: «Ты – не моя мама, ты – «всехняя». Вот и «Единая Россия» хочет быть слугой всех господ, исповедовать все идеологии сразу.

С точки зрения общемировой традиции это абсурд. Партии бывают правые или левые, но никак не «средние». Обычно в западных демократиях друг другу противостоят крупная правая партия, отстаивающая интересы бизнеса, и крупная левая партия, отстаивающая интересы трудящихся. Что далеко ходить: на этой неделе состоялся первый тур президентских выборов во Франции. Через две недели главой государства станет либо Николя Саркози, кандидат от правого «Союза за народное движение», либо Франсуа Олланд, кандидат от Социалистической партии.

В России тоже предпринимались попытки создать двухпартийную систему, но всегда неудачно. Причина в том, что в такой системе две партии, правая и левая, периодически сменяют друг друга у власти, а этого российское начальство как раз и не хочет допустить.

Ведь, строго говоря, «Единая Россия» не является правящей партией, несмотря на большинство в Государственной Думе. Почему это так? Потому что в западных странах именно правящая партия и формирует правительство. Например, в Великобритании лидер победившей на выборах партии автоматически становится премьер-министром. При этом партия может отправить его в отставку, убрав с поста лидера. Аналогичная ситуация – и в Германии. Во Франции и США правительство формируют президенты, но с учетом мнения руководства своих партий.

В России же партия власти нужна для безоговорочного одобрения решений правящей бюрократии. Подавляющее большинство членов правительства являются беспартийными и считают неприличным даже обзаводиться партбилетами.

Апофеозом подобной логики является статус председателя «Единой России». Согласно уставу партии, председатель обладает значительными полномочиями, позволяющими ему контролировать ЕР. При этом председатель партии Владимир Путин не является членом ЕР.

С точки зрения мировой практики это бред: как это глава партии не является ее членом?! С точки же зрения российской политической логики все правильно. Так работает механизм «односторонней лояльности». Члены «Единой России» должны быть лояльны к Путину как к своему председателю, а он к ним – нет.

Поэтому логично, что ЕР не имеет никакого отношения к формированию правительства. Действительно, Путин же – не член ЕР, зачем ему советоваться с партией власти?..

И «рокировочка» на посту председателя «Единой России», и «рокировочка» на посту президента проведены без всякого согласия партии власти. Она лишь одобряет, штампует те решения, которые спущены свыше.

Но подобная система порождает тотальную безответственность. На Западе избиратели знают: чтобы наказать правительство, следует голосовать против депутатов от правящей партии на выборах. В результате власть меняется, правительство уходит в отставку. У нас же, даже если вся страна проголосует против ЕР на выборах, политическая система существенно не изменится. Сказываются административный ресурс, помогающий партии власти добиться успеха даже вопреки мнению избирателей, и авторитарная Конституция, позволяющая президенту формировать правительство единолично, без всякого контроля со стороны парламента. Госдума, правда, должна одобрить кандидатуру премьер-министра, но эта процедура является чистой формальностью. Ведь, согласно Основному закону, если нижняя палата не одобрит кандидатуру председателя правительства три раза, президент имеет право распустить ее и все равно назначить на этот пост угодное себе лицо.

Поэтому неприязнь к «Единой России», скорее всего, будет только возрастать. Власть не умеет работать с общественным мнением, она будет проталкивать ЕР на первые места на выборах, покуда хватит сил. При этом системы, которая позволяла бы гражданам легитимно выразить недовольство и сменить не устраивающих их правителей, попросту нет, в т. ч. и на региональном уровне. Есть система манипуляций, необычайно сложного и специально запутанного законодательства, которое всегда приводит к победе партии власти, как бы ни голосовали избиратели.

Подобная манера управлять ведет, однако, к дискредитации государства как такового. Советский Союз потерпел крах, в частности, и потому, что слишком сильно ассоциировался с Коммунистической партией. Российские власти, похоже, совершают ту же ошибку. Вместо того, чтобы допустить конкуренцию партий, свободные выборы и смену правительств (хотя бы региональных) на базе волеизъявления избирателей, они изо всех сил закручивают гайки, пытаясь поддержать падающий авторитет ЕР. При этом сама ЕР парализована и ничего сделать для укрепления собственной популярности не в силах. А значит, нам стоит ожидать региональных протестов, похожих на тот, что недавно произошел в Астрахани, но на базе значительно большего недовольства населения.

Ведь, несмотря на обещанные прямые выборы губернаторов и тотальную регистрацию партий, суть политического режима не меняется. Котел общественного недовольства по-прежнему кипит, но власть не торопится снять крышку. А значит, взрыв неизбежен, и скорее рано, чем поздно.

Дмитрию Медведеву достается неблагодарная работа по оттягиванию краха «Единой России» во времени. Но поскольку базовых параметров системы никто менять не хочет, это не удастся, скорее всего, даже ему. Вопрос лишь в том, сколь долго власть сможет поддерживать нынешнюю, фактически однопартийную систему до того момента, как она рухнет, и в каком формате это произойдет – по воле свыше или под давлением народных протестов.