Шестнадцатилетняя Аня, наверное, никогда не могла себе представить, что лучшим новогодним подарком для нее станет чужое сердце. Казалось бы, обычная простуда, перенесенная на ногах, привела к осложнениям – воспалению миокарда. Затем – острая недостаточность, реанимация. Стало ясно – сердце отказывает.
— Была отдышка, стало тяжело дышать, затем становилось хуже.
Врачи областной клинической больницы обратились за помощью в Научный центр трансплантологии имени Шумакова. Пациентке повезло – для нее нашлось донорское сердце. Пересадку провели экстренно, в ночь на Рождество. Аня еще в реанимации, но уже хорошо себя чувствует. Девушка учится на медсестру, и теперь абсолютно уверена в выборе профессии. «Мне дали второй шанс: людям помогать, заботиться, ухаживать, капельницу ставить», — рассказала девушка.
Если бы не решался неотложный вопрос о жизни и смерти, Аня бы стала в длинную очередь ожидающих свое сердце. Кто-то живет на лекарствах дома и ждет заветного звонка из клиники, кто-то месяцами проводит в палате. У большинства людей с новым сердцем – похожие истории. Осложнения на фоне других болезней.
«Все было хорошо, в прошлом году играл и в футбол, и катался на лыжах, — рассказывает пациент Алексей Байков. — И тут неожиданно 22-го июля простыл, пошел к врачу – сказали, что воспаление легких. Лег в больницу, думал, недельку полежу. А мне все хуже и хуже. Обследовали – оказалось, больное сердце».
Органы погибшего человека становятся донорскими, если врачи констатируют полную смерть мозга, но сердце при этом еще бьется.
Поэтому россияне, в отличие от зарубежных реципиентов – как правило, не знают, кто именно отдает им часть себя. И можно лишь догадываться – по субъективным ощущениям.
«Не могу ничего такого сказать, что во мне что-то другое появилось,но такое ощущение, что женское сердце поставили, — улыбается пациент Александр Соколов. — Потому что слишком уж эмоциональный стал. Но врачи не говорят, какое сердце мне поставили, и не угадаешь. А так никаких особых ощущений нет».
Эксперты говорят – в России проводится в 10 раз меньше трансплантаций органов, чем необходимо. Операции, как правило, делаются бесплатно – по государственным квотам. И не хватает, прежде всего, самих органов для пересадки. Главная проблема – в отсутствии налаженной связи между службами экстренной медицинской помощи и клиниками трансплантологии. Закон о посмертном донорстве, по сути, эффективно работает только в Москве.
«Фактически умерший пациент всегда должен рассматриваться как возможный источник донорских органов. И если это соблюдается, то появляется возможность для трансплантологов спасти человека вот таким вот фантастическим способом», — говорит академик РАМН Сергей Готье.
Самая сложная ситуации – с пересадкой органов детям. Донорство до 18 лет в России запрещено, и медики ищут выход как могут. Печень пересаживают от родственников, почки – от взрослых доноров. А вот за новым сердцем и легкими приходится ехать только за границу.
«Если у взрослого мы такой диагноз можем поставить и можем взять бьющееся сердце у умершего пациента с диагнозом “смерть мозга”, то у ребенка мы этого сделать не можем. У нас нет инструкции, как это делать. Она не сформулирована, не подписана и не действует. Много лет», — сетует Сергей Готье.
Проект нового закона о трансплантации доработан Минздравом в конце прошлого года. Он предполагает создание двух регистров – тех, кому нужны органы и тех, кто готов ими пожертвовать после смерти. Предусмотрена и возможность категорически отказаться от посмертного донорства. Операции по-прежнему остаются бесплатными. Донорство определено как добровольное и безвозмездное. Торговля органами – уголовное преступление. Сейчас законопроект находится в стадии общественного обсуждения. Тем временем, 10 000 человек в России ожидают своей очереди на пересадку.
Комментарии