А как это делали китайцы?

Отрывок из обзорной статьи  Китай ( Журнал "Вокруг Света" №5 за 1861 год )

Орфография изменена на современную, пунктуация оставлена оригинальная

Император представляет ось, около которой все вертится, цель, к которой все стремится; это не только властелин, но и глава религии, и в качестве сына неба, отца и матери государства (так называют китайцы своего императора) ему поклоняются, его почитают и благоговеют перед ним, как дети перед отцом.

Власть китайского императора неограниченна; он дает законы, он их и отменяет, он властен над жизнью и смертью своих подданных; управление и суд в нем сосредоточиваются и он свободно располагает всей империей.
В действительности такое положение невозможно, по огромному числу народонаселения империи. Император назначает всего 31,500 служащих государству, т. е. 13,000 гражданских чиновников и 18,500 военных, мандаринов; под их начальством состоит в десять раз большее число нижних чиновных должностей, и на эти места лица назначаются самими начальниками; всех служащих чиновников считается 315,000 человек. Нет никакой возможности, чтоб одна воля исполнялась там, где 360 миллионов подданных; чтоб этого достигнуть, надобно бы было и военные силы и гражданскую власть до невероятности многочисленную; а китайцы, народ исключительно земледельческий, не в состоянии ее устроить. Франция, при 36 миллионах народонаселения, имеет 138,000 чиновников. Пруссия, при 17 миллионах жителей, только 50,000. Если бы Китай имел служащих государству сравнительно столько же, сколько Пруссия, то пришлось бы иметь не 315,000 чиновников, а 1,050,000; если же подражать Франции, то нужно было бы вчетверо больше того числа чиновников сколько их теперь в Китае.
Есть еще другого рода неудобства системы такого сосредоточенного управления при 360 миллионах народонаселения. Во всяком семействе, во всякой китайской общине, свое отдельное управление, которое энергически поддерживает права общины, и даже прибегает, для поддержания этих прав к насилию. В некоторых местах случалось, что собирались шайки разбойников и держали жителей в постоянном страхе, грабили села и проезжающих, отнимали у жителей стада и хлеб и позволяли себе всякие грабежи и бесчинства, потому именно, что высшее начальство не принимало никаких мер для прекращения таких беспорядков.
Когда мандарины соседних городов после многих жалоб не решались вступать в борьбу с злодеями, то один простой мужик взял дело на себя, и сказал своим товарищам: так как мандарины не могут и не умеют защитить нас, то будем защищаться сами, и составим юи.

Такие общества составляются в Китае только в таком случае, когда все законные средства исчерпаны, когда все представления по начальству оставались долгое время безуспешны. Так образовалось одно общество, известное под именем Старого Быка, потому что оно было окончательно организовано во время пиршества, где главный предмет угощенья был старый, недавно убитый бык. Устав общества был очень короток; всякий член обязывался набрать как можно больше народу и помогать друг другу и делу, чтоб общими силами идти против общей опасности. Всякому укрывателю или вору, которого поймают, во избежание проволочек дела и суда, условлено было отрубать голову тут же на месте. Можно было предвидеть, что этому обществу придется отвечать за самовольное управление перед судом; поэтому решено было, что каждый член отвечает за всех круговою порукой за каждую отрубленную голову.
Общество Старого Быка принялось за дело с энергией, живо, решительно, и множество воров и грабителей было перебито в короткое время. Наконец общество собралось ночью, напало на злодеев, окружило их притон и сожгло мужчин, женщин и детей, чтоб уничтожить гнездо до самого основания. Таким образом частью истреблены были разбойники, а на остальных навели такой страх, что грабежи прекратились, спокойствие и безопасность возвратились и никто уже не осмеливался тронуть колоса чужого хлеба в поле.
Когда миновала всякая опасность нападений разбойников, мандарины нашли, что общество под названием «Старого Быка» есть противозаконное посягательство на их власть, и отправились на место, производить следствие. Тогда все общество снова собралось и все до одного члена явились перед судом, нисколько не боясь мандаринов. Все это дошло до Пекина, где дело в уголовном суде приняло неприятный для мандаринов оборот. Многие из них были сосланы, другие отставлены, и было решено, что именно беспечность правительственных лиц была причиной несчастий и всего беспорядка; а действия общества публично оправданы. Правительство при этом положило законом, что общество может принимать меры и действовать после получения согласия властей. В признательность за спасение страны от грабежей и разбоя, была выбита медаль, которую всякий член общества носил публично; название общества было переменено; оно получило титул общества общего спокойствия.