Последний герой войны

На модерации Отложенный

65 лет назад в подвалах Лубянки погиб Рауль Валленберг, который спас от уничтожения сто тысяч евреев Будапешта

Род Валленбергов был и до сих пор остается самым богатым в Швеции. В XVII веке его основатель Пер Ханссон явился в Стокгольм без гроша в кармане, а в 1856 году Андре Оскар Валленберг основал в том же городе крупнейший во всей Скандинавии банк. Его дети — ни много ни мало 17 человек — вошли в элиту королевства, но это не дало им права, как говорят шведы, «почивать на золотой подушке». Потомки викингов мерили человека не знатностью и богатством, а личными заслугами. Поэтому каждый из Валленбергов должен был начать карьеру с нижней ступеньки и непременно послужить в армии или на флоте. Этому правилу следовал старший внук Андре Оскара Рауль Валленберг, в 20 лет ставший морским офицером. Вскоре он посватался к юной красавице Май Висинг, дочери известного врача. В письме родителям он описывал ее как «здоровую, сильную девушку, способную пройти пешком 30 километров» — чисто шведская похвала. Родителей это убедило, молодые люди поженились, и Май уже ждала первенца, когда у Рауля нашли редкую неизлечимую болезнь — саркому костного мозга. Его сын, тоже Рауль, появился на свет в августе 1912 года, уже после смерти отца.

Шведский дипломат Рауль Валленберг, около 1937 г.Фото: Keystone/Getty Images/GettyImages.ru

Довольно скоро Май, отскорбев положенный срок, снова вышла замуж, у Рауля появились отчим и сводные брат с сестрой—  Ги и Нина. Но Раулю по-прежнему уделялось главное внимание; кроме того, он стал «сыном полка» семейства Валленбергов, особенно деда Густава, который был послом в Японии и почти не видел внука, но разработал детальный план его воспитания. Мальчика отдали в одну из лучших школ Стокгольма, под завязку загружая знаниями, включая языки — немецкий, французский, английский, латынь, даже русский. Для знакомства с жизнью он много путешествовал, а после окончания школы, как все шведские юноши, провел год на военной службе. Встал вопрос о приобщении его к семейному бизнесу, но Рауль неожиданно высказал желание стать архитектором. Это вызвало недовольство родных, особенно Маркуса, властного босса банкирской династии. Он пригрозил лишить ослушника содержания, и тогда Густав оплатил учебу внука из собственных средств. Правда, настоял, чтобы тот получал образование в США, в надежде, что там Рауль обретет деловую хватку. Но этого не случилось, хотя юноша быстро нашел общий язык с американцами, полюбил жвачку и хотдоги, путешествовал автостопом — в одной такой поездке его ограбили и выкинули из машины. Другой опасностью были охотницы за богатством молодого шведа, но ни одна из них не преуспела: в общении он не заходил дальше разговоров и робких поцелуев.

Получив в университета Анн-Арбора, штат Мичиган, диплом архитектора, Рауль вернулся в Европу, где представил на конкурс свой первый — и последний — проект: плавательный бассейн. Дядя напомнил ему об обещании «взяться за ум» и убедил отправиться в далекую Южную Африку для работы в шведской фирме, торгующей стройматериалами. Довольно быстро сбежав оттуда, Рауль получил новое назначение в Палестину, куда в то время устремились бежавшие из Германии евреи. Слушая их рассказы, он вспомнил о своем происхождении — среди его предков по матери был еврей-ювелир Бендикс. С тех пор он не раз вспоминал о своей «еврейской четверти» и возмущался гонениями нацистов. В 1941 году его взял на работу еврей-эмигрант Кальман Лауэр, основавший в Швеции фирму по импорту венгерской сельхозпродукции. По его делам Рауль объездил всю Европу, выполняя попутно задания других шведских коммерсантов — для этого ему был выдан дипломатический паспорт. Есть мнение, что его цели были не только коммерческими: воюющей Германии позарез требовались шведская сталь, никель и другие товары, в приобретении которых помогало семейство Валленбергов. В интересах семьи Рауль посещал оккупированные страны, что не увеличило его симпатии к нацистам. Он делился с друзьями горькими мыслями: среди мировой бойни он не делает ничего, чтобы помочь ее жертвам.

То ли эти мысли, то ли деловые способности Рауля поставили его в центр операции, затеянной еврейскими организациями Швеции и США. 800 тысяч венгерских евреев долгое время жили в безопасности, но в марте 1944-го страну оккупировали немецкие войска. Эмиссар Гиммлера Адольф Эйхман при помощи вожака местных фашистов Ференца Салаши начал депортацию евреев в Освенцим. В этих условиях было решено спасти хотя бы часть евреев, выдавая им документы тех стран, что имели в Венгрии свои посольства, в том числе Швеции. Этим и должен был заняться Валленберг, получивший должность секретаря посольства и немалую сумму на «решение вопросов» — проще говоря, на подкуп венгерских чиновников. Он прибыл в Будапешт 8 июля, когда 200 тысяч местных евреев были загнаны в гетто, а остальная Венгрия была уже «очищена» от еврейского населения — «юденрайн».

Паспорт Рауля Валленберга держит его сводная сестра Нина. Октябрь 1989 года, МоскваФото: Wojtek Laski/East News

Наслушавшись леденящих кровь рассказов, Рауль мгновенно взялся за дело — арендовал дом на улице Минервы рядом со шведским посольством и начал выдавать «охранные паспорта». Шведский МИД предоставил 7800 таких документов для евреев, которые были как-то связаны со Швецией или имели там родных. Услышав про миссию Валленберга, в нее устремились тысячи людей: они дежурили у здания днем и ночью, плакали, умоляли… Многие готовы были платить любые деньги, чем пользовались жулики, обещавшие ускорить рассмотрение дела. Довольно скоро паспорта стали подделывать, на что Валленберг смотрел сквозь пальцы. Для спасения евреев он был готов на все: упрашивал, уговаривал, угрожал. Венгерским политикам намекал, что после неизбежного поражения Германии слишком активная помощь ей станет для них приговором. Для немецких генералов устраивал приемы, потчуя их полученными по дипломатическим каналам шампанским и икрой. Однажды его посетил сам Эйхман — выпив за здоровье хозяина, он холодно добавил: «Евреи должны быть уничтожены до последнего человека. Если вы будете мешать, вас постигнет та же участь».

Но Валленберг не испугался, продолжая свое дело с невесть откуда взявшейся отвагой. Ему приходилось не только спасать людей, но и добывать для них еду, лекарства, жилье, защищать от бомбардировок — для этого на крышах «международного гетто», где жили обладатели паспортов, рисовали большие красные кресты.

Паспорт, выданный Раулем Валленбергом Юдит Копштейн в августе 1944 годаФото: Apic/Getty Images/GettyImages.ru

Между тем к границам Венгрии подступили советские войска. В октябре при поддержке немцев власть в стране захватили нилашисты, сторонники Салаши. В Будапеште сразу начались расправы над евреями — их расстреливали, забивали насмерть, а чаще просто бросали связанными в Дунай. Уцелевших выгоняли из домов, строили в колонны и гнали пешком в Германию рыть окопы. Больных и обессилевших убивали, до границ рейха доходила лишь малая часть. Узнав об этом, Валленберг бросился вдогонку: останавливая «марши смерти», он искал обладателей шведских паспортов. А потом просто говорил: «У вас ведь был паспорт, но вы его потеряли? Верно?» — и выдергивал человека из лап смерти. Чтобы охранники не возражали, он раздавал им деньги, сигареты, бутылки вина из посольских подвалов. Так же отважно действовали его сотрудники в Будапеште — они даже ныряли в Дунай, чтобы вытащить недостреляных жертв. Надо сказать, что евреев в те дни спасали и другие – швейцарские дипломаты, католические епископы, папский нунций Ротта. Но Рауль преуспел больше всех благодаря своей смелости и влиятельным знакомым. Ему помогал даже министр иностранных дел Кемени, антифашизм которого подкрепили «охранный паспорт» и два кило говядины.

Группа венгерских евреев, спасенных Валленбергом. Будапешт, Венгрия, 1944 годФото: Laski Diffusion/East News

В январе 1945 года Будапешт пал под натиском Красной армии. Но теперь в разрушенном городе жителям угрожала голодная смерть. Именно поэтому Рауль решил отправиться в Дебрецен в ставку маршала Малиновского, чтобы обсудить план спасения мирного населения венгерской столицы. 13 января его вместе с шофером Вильмошем Лангфельдером задержали советские солдаты — это случилось в здании Красного Креста на улице Бенцур. В городе, где еще не кончились бои, под видом шведских подданных могли скрываться беглые нацисты. Были арестованы и сотрудники шведского посольства во главе с послом Даниэльсоном, но скоро их отпустили и отправили в Стокгольм. Судьба Валленберга оказалась иной. Он это чувствовал, сказав своим помощникам: «Не знаю, в гостях я или в плену». Правда, ему разрешили продолжить путь и даже погрузить в машину золото и драгоценности, оставленные на хранение богатыми евреями. Но до Дебрецена он так и не доехал. Хотя шведскому правительству сообщили, что Валленберг «взят под защиту» советскими войсками, главе СМЕРШа Абакумову велели доставить шведа в Москву.

6 февраля Валленберг и Лангфельдер на поезде прибыли в советскую столицу и оказались на Лубянке. Генерал Павел Судоплатов в своих воспоминаниях утверждает, что дипломата подозревали в шпионаже. Немалую роль в этом сыграл работавший с ним в Будапеште секретарь Красного Креста Кутузов-Толстой — русский аристократ и информатор советской разведки. Еще до взятия города он сообщал в центр, что Валленберг постоянно общается с большими чинами немецкой армии и СС, имеет связи в США и Англии. В Москве не приняли во внимание, что это было необходимо для успеха его миссии, и видели в его деятельности другую, тайную цель — организацию сепаратного мира Германии с западными союзниками. Известно, что такие попытки и правда предпринимались, и определенную роль в них играли члены семейства Валленберг. Они же внесли большой вклад в прекращение войны между СССР и Финляндией. Понятно, что представитель этой могущественной семьи, обнаруженный в Венгрии, мог быть только шпионом и никем иным, а спасение евреев — всего лишь отговорка.

Рауль Валленберг в 1940-е гг.Фото: Wikimedia Commons

С тех пор шведским дипломатам и членам семьи Валленберга неизменно сообщалось, что в Советском Союзе его нет и не было. Венгерские коммунисты по команде из Москвы распустили слух, что он погиб во время боев в Будапеште. А его в это время допрашивали на Лубянке. Но довольно скоро допросы прекратились: резидент в Стокгольме Зоя Рыбкина (в будущем детская писательница Воскресенская) разузнала по своим каналам, что в шпионской деятельности Рауль не замешан. К тому времени его роль в спасении евреев стала широко известна в мире. Власть не могла признаться, что держит в тюрьме героя-антифашиста, вдобавок гражданина нейтральной страны. В мае 1947 года министр иностранных дел Вышинский предложил Молотову принять меры по ликвидации «дела Валленберга», а по существу — его самого («нет человека — нет проблемы»). 17 июля лубянский врач Смольцов подписал рапорт Абакумову о смерти «известного вам заключенного Валленберга» от инфаркта миокарда. Тот же Судоплатов свидетельствует, что на самом деле известный специалист по ядам Григорий Майрановский сделал дипломату инъекцию яда кураре. Вскоре своевременно скончались свидетели — Лангфельдер, соседи шведа по камере, а потом и доктор Смольцов…

В 1957 году СССР известил власти Швеции, что Валленберг умер в советской тюрьме, свалив ответственность на расстрелянного к тому времени Абакумова. Однако материалы следствия так и не обнародовали, что давало пищу фантастическим версиям. Его «видели» в 50-е годы в ГУЛАГе, «находили» в Сибири, где он будто бы нашел вторую родину, превращали в суперагента, дергавшего за нити мировой политики. В 1979 году, устав от неизвестности, покончили с собой мать и отчим Рауля. Швеция признала его умершим только в прошлом году. Но и это был не конец: несколько дней назад семья подала иск к ФСБ, требуя предоставить им точные сведения о судьбе Валленберга, хотя документы, скорее всего, уничтожены. Точно известно одно: несостоявшийся архитектор сгинул в недрах Лубянки, не дожив до сорока, став последним героем Второй мировой и последней ее жертвой.