Станет ли нефть дороже?

На модерации Отложенный

В переговорах по нефти в Дохе участвовали представители 18-ти стран.

– Переговоры о замораживании объёмов нефтедобычи, завершившиеся в минувший уик-энд в Дохе, благополучно провалились. Как и следовало ожидать. Особенно с учётом стабильно плохих отношений Ирана и Саудовской Аравии, которые не так давно чуть не вылились в нечто подобное «гибридной войне». Иран, после затяжных переговоров, вообще не стал направлять своего представителя в Доху, причём сопроводил свой отказ заявлением министра нефти Биджана Зангане, что Исламская республика не собирается подписывать соглашение по заморозке добычи.

Вслед за этим вполне логично изменилась позиция Саудовской Аравии, которая отказалась от одобрения сделки без участия Ирана. Многие наблюдатели поспешили после этого с прогнозами по поводу грядущего обвала нефтяных цен, но пока ничего подобного не наблюдается. В России с некоторых пор за ценами на нефть многие следят чуть ли не пристальнее, чем за курсом доллара, хотя они связаны между собой покрепче, чем с нашей национальной валютой, больше склонной к перманентным девальвациям.

Ожидать от Ирана чего-либо другого вместо попытки восстановить свои позиции на рынке, которые были до санкций, вряд ли стоило. Там добыча нефти продолжает расти, хотя уступает российской или саудовской более чем в десять раз, а своей же досанкционной – почти втрое. Однако все же не стоит опасаться того, что иранская нефть действительно способна сильно изменить конъюнктуру рынка. Иран фактически лишь понемногу закрывает те ниши, которые освобождаются в результате снижения добычи в ряде «малых» добывающих стран (той же Сирии или Ливии) и серии банкротств сланцевых компаний в США. Информация о последних, кстати, не так уж и тщательно скрывается.

Как-то торговаться с Россией, не входящей в ОПЕК, тоже по сути было бесполезно – для нас объёмы добычи традиционно жёстко ограничены природными и техническими факторами. Но и в отношениях с нашей страной у ОПЕК есть скрытый козырь - Россия уже сейчас практически исчерпала возможности наращивать объёмы добычи. Дальше нужны огромные инвестиции на новые технологии и разведку, а для инвестиций нужен совсем иной уровень цен.

Итак, ОПЕК, уже не первый год реально представляющий собой не более, чем «клуб по интересам», опять расписался в собственном бессилии. И пусть на данный конкретный момент это и не так страшно, и большинству добывающих стран на самом деле не так сильно требуется ценовая отметка выше 100 долларов за баррель, важнее другое – чтобы рынок не трясло так сильно, как в последние месяцы. В любом случае придётся искать какие-то иные – более действенные формы взаимодействия.

Еще прошлой осенью (в статье – «Почему ОПЕК России не указ?» от 14.09.2015) мы отмечали, что организация стран экспортеров нефти переживает системный кризис, расколовшись на отдельные группировки, где не выполняются даже взятые на себя обязательства. Снятие санкций с Ирана, входящего в ОПЕК, ситуацию к лучшему не изменило, а лишь усугубило.

В самой организации признают, что как эффективный картель, ОПЕК не срабатывает. Послание из Тегерана другим странам, в том числе России, что «им следует принять условия возвращения Ирана на рынок нефти», в ОПЕК предпочли вообще не принимать во внимание. И это при том, что в самом Иране понимали, что если страна сохранит добычу нефти на уровне февраля, она не извлечет никакой выгоды в связи с отменой санкций.

Итог ценового торга в Дохе известен, и самое, пожалуй, неприятное, что он был не просто предсказуем, а точно предсказан абсолютно всеми. И теперь, кажется, остаётся только соглашаться с выводами агентства Bloomberg: «Большая сделка, которая обсуждалась в феврале как первое скоординированное действие между странами ОПЕК и другими нефтедобывающими странами за 15 лет, пала жертвой напряженности между Саудовской Аравией и ее основным региональным противником Ираном». И напомнить заодно слова главного нефтяного аналитика фирмы Energy Aspects Ltd., по мнению которого   нефтяная политика Эр-Рияда стала «исключительно политизированной».

Сейчас новостные ленты пребывают в недоумении – а почему же цена на нефть после Дохи так и не упала? Снизилась немного и всё. Наши коллеги бодро пишут про забастовку рабочих с нефтепромыслов в Кувейте, но это не смотрится серьезно. Видимо, дело всё же в том, что нефть покупается, как принято говорить у биржевиков, «против новостей» исключительно стратегическими игроками. А это - те же, кто еще в феврале выкупали нефть «против» данных по рекордным приростам запасов. Когда цена на нефть просто обязана была падать и дальше, но почему-то стала расти.

Но всё это не значит, что уже не столь дешёвую нефть будут раскупать, как горячие пирожки и дальше. Более вероятным выглядит сценарий от всё того же Bloomberg - покупатели возьмут непродолжительную паузу, и рынку дадут слегка «отползти». Нефть уйдёт немного ниже 40 долларов за баррель, но до 35, и даже до 37 долларов может и вовсе не опуститься. В итоге, и после эпохального заседания ОПЕК в Дохе, с нефтью всё будет синхронно доллару – насколько тот вырастет, настолько она и опустится.

В заключение нельзя не отметить, что при несколько иной, не такой сырьевой модели экономики, которая сложилась в пореформенной России, цены на нефть могли бы быть нам столь же безразличны, как и курс доллара. Зарабатывая, прежде всего, на внутреннем обороте, можно было бы, при желании просто держать стабильными цены на топливо, напрямую завязанные на нефть. Причём как раз на том уровне, который способен обеспечить не только нормальное развитие нефтедобычи и нефтепереработки, но и дать немалые средства на разведку недр. И уж тем более – позволить вести такую политику ценообразования в топливной сфере, которая будет обеспечивать конкурентные преимущества именно отечественному производителю. Разумеется, в первую очередь – на внутреннем российском рынке. Однако при этом и тем, кто ориентирован на экспорт, не слишком мешать.