Войти в аккаунт
Хотите наслаждаться полной версией, а также получить неограниченный доступ ко всем материалам?

Понять и разгадать

Понять и разгадать

Военную судьбу России, уникальной евро-азиатской державы, не понять, не осознав глубину ее военно-исторических корней, не оценив питающую эти корни «хорошую» и «плохую» наследственность. Можно ли рассчитывать на успех в деле создания профессиональных Вооруженных Сил, игнорируя национальное военное наследие, содержащее не только достижения, но и просчеты?

Для строительства армии, болезненно возрождающейся к жизни в новой России, обращение к забытым или искаженным страницам отечественной военной истории сулит немало откровений. Нам не чужда национальная гордость, чужд дежурный патриотизм: «Не все в любимой России должны мы принять и благословить. Но все должны понять и разгадать» (Г. В. Флоровский ).

Древняя Русь имела дружинное войско, не уступавшее в боеспособности вооруженным силам восточно- и североевропейских королевств. Военное искусство ее полководцев, о котором многое здесь говорится впервые, не только сопоставимо с лучшими европейскими и азиатскими образцами, но нередко их превосходит.

Силы страны на протяжении веков истощались княжескими междоусобицами и постоянной борьбой с кочевниками Великой степи. Монголо-татарское завоевание и вторжения немецко-шведских крестоносцев приблизили катастрофу русской государственности, культуры и военного дела. На несколько веков русская военная сила оказалась втянутой в орбиту военной организации Востока, главным образом монгольской державы.

Борьба с завоевателями многому научила русских людей, помогла осознать великую силу единства и сплоченности. Раздробленная Русь не могла сдержать напора Орды, была ею подавлена и включена в ее состав на две сотни лет. И лишь тогда, когда в массовом сознании возобладала генетическая память о единой и великой Святой Руси, когда, инициированная правителями и духовными пастырями, она превратилась в общенациональную освободительную силу, иноземному игу пришел конец. Нравственная энергия со знаком «минус» вызвала к жизни духовную энергию со знаком «плюс», заставившую угнетаемые народы объединиться для отпора врагу на почве патриотизма.

Отечественная и мировая военная история свидетельствует об определяющем значении духовно-нравственных качеств воина. Наполеон I утверждал, что во всяком боевом деле три четверти успеха зависят от нравственной стороны и лишь одна - от материальной. В нравственных силах войск видел главный источник победы А. В. Суворов. В «Науке побеждать» он изложил систему воспитательных приемов и средств нравственной закалки солдата. Армия, народ в целом сильны прежде всего своим духом, способностью подниматься до нравственных высот, когда решается судьба Отечества.

Военный героизм проходит красной нитью через всю историю России, превращаясь в отличительную черту национального характера россиян. В лихие годины именно необычайный взлет народного духа был той спасительной силой, которая позволяла с честью выйти из ниспосланных нам испытаний. При этом прелюдией к массовому проявлению героизма служили подвиги героев-одиночек. Когда во время польско-литовской интервенции войска пана Лисовского подошли к стенам Троице-Сергиева монастыря (1608) и пытались сделать подкоп, крестьяне местной слободы Шилов и Слота упредили врага и, пожертвовав собой, взорвали ход вместе с поляками. Вдохновленные этим примером, монахи в течение 16 месяцев отбивали атаки, так и не пропустив врага.

Вспомним патриарха Гермогена, вспомним двадцатимесячную оборону Смоленска (1609-1611) против войск польского короля Сигизмунда. Мученическая смерть, принятая возглавлявшим эту оборону воеводой М. Б. Шеиным, свидетельствует о том, что идея бескорыстной защиты Отечества доминировала не только в крестьянстве и духовенстве, но и в высшем сословии. Бесстрашный Н. Н. Раевский в бою под Салтановкой (1812), увидев колебание своих солдат, вывел перед строем под картечь двух своих сыновей (одному из которых было 15, другому 10 лет) и вместе с ними повел войско в атаку.

Уровень патриотизма в общественном сознании во многом зависит от «государственной зрелости» народа, его сплоченности в единое государственное целое. В этом случае понятие «Отечество» не ограничивается стенами одного города и принадлежащими ему землями, а распространяется на территорию целого народа. Не следует сбрасывать со счетов и тот факт, что одним из наиболее питательных источников патриотизма в истории России со времен Древней Руси являлось православие. Россияне сражались не только за Родину, но и за веру Христову.

Православная вера сыграла огромную роль в становлении русской государственности. К религиозному чувству войска Дмитрия Донского взывал в 1380 году игумен Троице-Сергиева монастыря Сергий Радонежский, и выигранная русскими Куликовская битва была закономерным следствием не только патриотического, но и религиозного энтузиазма. Впрочем, так же обстояло и в битве со шведами на Неве (1240), и с немцами на Чудском озере (1242).

Военная сила Московского великого княжества крепла с образованием централизованного государства, возобновившего борьбу за наследие Древней Руси. Разгром Иваном Грозным последних восточных ханств (Казань и Астрахань) во многом способствовал ратному могуществу страны. Однако его тирания, разгул опричнины привели к ее ослаблению и как следствие - к поражению в Ливонской войне, гибели царствовавшей династии и второй катастрофе русской государственности - Смутному времени.

Когда понятия «Отечество», «православная вера» слились в народном сознании с понятием государственности, сформировалось знаменитое триединство: «За Веру, Царя и Отечество». Оно стало высшим нравственным императивом воинской службы. Царь занял в нем место связующего звена между Верой и Отечеством.

Эта стойкая привязанность к личности царя, случалось, подвергалась серьезным испытаниям. Как ни жесток и далек от народа был Иван Грозный, князь Курбский (1528-1583) напрасно рассчитывал, что его измена государю будет сочувственно принята русскими людьми. Народ отвернулся от предателя, встав на сторону царя, олицетворявшего идею государственности и единства.

Военная политика династии Романовых была осторожной и половинчатой. Вопреки народному колониально-переселенческому движению, расширившему государственную территорию за счет Сибири, все свое внимание правительство сосредоточило на западе. К концу XVI века боеспособность частей «русского» и «иноземного» строя значительно снизилась.

Уже в XIII веке население Западной Европы стало тяготиться личным участием в ратном сборе всех способных нести щит и налог «на кровь» был заменен денежным налогом. Затем и вовсе здесь перешли к наемным войскам, что сделало их в сущности управляемыми волей авантюристов и честолюбивых правителей.

В то время когда в Западной Европе завербованный солдат - «перекати-поле» - без роду-племени оставался до конца XVIII века главной фигурой армии, Россия первой перешла к созданию национальной армии. Петр I наложил на все податные классы населения рекрутскую повинность, по которой они обязаны были поставлять определенное число людей для укомплектования регулярной армии. Таким образом, в поисках более совершенного способа комплектования войск, позволявшего в полной мере воплотить лучшие нравственно-патриотические традиции народа, Россия на целое столетие обогнала другие европейские государства.

Как отмечал русский военный теоретик и историк Н. П. Михневич, наиболее боеспособные армии, наибольшее развитие военного искусства в истории всегда отвечали времени применения народных (национальных) вооруженных сил. Наемные же войска всегда вели военное дело к упадку.

Обязательность службы и ее высокий социальный престиж в русском обществе возвышали патриотическую энергию бойца, побуждали к геройству. Напротив, наем на службу неизбежно порождал в солдате не патриотические, а меркантильные чувства, наводил на мысли: а соответствует ли вознаграждение размерам тяжести службы, стоит ли за любую плату рисковать жизнью? Чтобы такого морально-ущербного солдата заставить воевать, неизбежны были муштра и страх перед наказанием, как говорил Фридрих II, «пикой капрала».

Военные реформы не прихоть монарха, а осознание Петром I необходимости замены иррегулярных воинских формирований регулярными, дополнения сухопутной военной мощи государства морской. «Всякий Потентат, который едино войско сухопутное имеет, одну руку имеет, а который и флот имеет, обе руки имеет», - писал Петр I в указе, «учиняя» Устав морской. Разработанные под его руководством уставы определяли организационные и тактические принципы управления армией и флотом, подробно регламентировали все стороны их жизни.

Созданные Петром I принципиально новые вооруженные силы успешно выдержали боевой экзамен на сухопутном и морском театрах военных действий. В том же нравственном духе, что и армию, Петр I воспитывал ее командный состав. Личным примером самоотверженного служения Отечеству он сделал службу в армии обязательной для дворянского сословия. Он сформировал общее мнение, что дворянин может и должен служить именно в войсках, несмотря на то, что тогда требовалось начинать службу с солдата. Национальный тип русской армии породил и новый тип солдата, командира, военачальника. В ходе сражений на суше и на море зародились новые боевые традиции, основанные на ратных подвигах наших предков, сформировалось полководческое искусство «птенцов гнезда Петрова» - Б. П. Шереметева, А. Д. Меншикова, Ф. М. Апраксина, А. И. Репнина и др.

Генеральный бой шведам в Северной войне Петр I решился дать только после того, как убедился в нравственном превосходстве русских войск. Верность его расчетов доказали как знаменитое Полтавское сражение (1709), так и последующие успехи русской армии в течение всего XVIII столетия.

Коренная перемена в устройстве, обучении и воспитании войск, совершенная Петром I, привела их к нравственной трансформации. Упорство, героизм и энергия русского солдата приобрели мировую известность, а самым важным приобретением в нравственной натуре солдата стали проявление патриотизма, верноподданнического чувства и религиозности.

Военные реформы и победы Петра Великого в Северной войне явились событием европейского значения. С помощью армии государственная власть милитаризовала и европеизировала дворянство и страну в целом. Однако амбиции власти, обусловившие непомерные военные расходы, предопределили стагнацию военного дела в 1725-1750 годах. Его подъем связан с Семилетней войной 1756-1763 годов. Именно тогда Россия становится великой военной державой, несмотря на то, что в части выучки ее армия заметно уступала иностранным. Кроме того, ей явно недоставало хорошего командования, а также сколько-нибудь сносных бытовых условий. Тем удивительнее, что все главные сражения Семилетней войны Россия выиграла. Секрет этого, казалось бы, парадокса кроется в несомненном нравственном превосходстве русского солдата. Положение наших войск нередко становилось отчаянным, но упорство, героизм солдат спасали армию, сломить ее не смогли даже усилия великого Фридриха II, заявившего, что «этих людей легче перебить, чем победить».

Высший взлет нравственного духа русской армии и отечественного военного искусства связан с именем А. В. Суворова. Он был глубоко национальным военным деятелем, непримиримым противником механического подражания иностранным образцам. Как никто, владея ключом к сердцу солдат, он умел поднять боевой дух войска до высшего предела, вызвать в нем неукротимый наступательный порыв, готовность дерзко идти на штурм, не обращая внимания на неприятельский огонь.

Высокие духовно-нравственные качества русской армии во многом обусловливались ее социальным составом. Начиная с Петра I, в состав войска стали входить по преимуществу сельские жители, а не жаждущие лишь наживы наемники. Крестьянин-солдат отличался твердой волей, крепкими нервами, необыкновенной выносливостью и коллективистским характером, выработанными спецификой сельского труда и общинным укладом жизни.

Войны, которые Россия вела до 1814 года, по большей части были исторически оправданны. Победа над Наполеоном превратила ее в военного гегемона Европы.

Одновременно с гипертрофией самодержавия с 20-х годов XIX века начинается процесс окостенения русской военной машины. Одерживая победы над азиатским противником, царизм терпел поражения в войнах с совершившими промышленную революцию государствами Европы. Крымская война 1853-1856 годов покончила с его претензиями на военную гегемонию в Европе.

Реформы второй половины XIX века, победоносная послереформенная война 1877-1878 годов и военные программы начала XX века в полной мере не ликвидировали отставания от передовых европейских стран в военном строительстве, и старая армия, несмотря на солидный потенциал, вместе с государством потерпела крушение к 1917 году.

Красная армия, позднее Советская армия, по существу наследовала и плюсы и минусы старой русской армии. Сохранить как можно больше плюсов и постараться изжить как можно больше минусов - центральная задача современной Российской армии.

Несколько устаревшее словосочетание «военное дело» в своем семантическом и вместе с тем широком смысле вбирает в себя все вопросы военной теории, строительства и практики вооруженных сил. Войны и все с ними связанное то ускоряли, то замедляли развитие цивилизации, неся неисчислимые беды человечеству, особенно в XX веке. В известной степени военное дело не только воздействует на ноосферу, но и травмирует ее.

К исходу второго тысячелетия одно из наиболее присущих человеку стремлений - предугадать ход истории - заручилось помощью компьютеров. Прогнозирование мирового развития посредством электронно-вычислительной техники - явление закономерное и необходимое, однако переложенные на язык цифр общественные тенденции зачастую начинают жить самостоятельной жизнью, независимо от того, корректно ли произведены расчеты. Уже первые такие прогнозы, выполненные по заказу Римского клуба, оказали на мировое общественное мнение неадекватное действие: налицо определенная их фетишизация - цифрам трудно не верить. Назовем, в частности, распространившееся в кругах интеллигенции Запада алармистско-фаталистическое отношение к будущему человечества. С научной точки зрения, это не что иное, как реакция на миражи постиндустриального общества, своего рода похмелье после эйфории по поводу всемогущества технократического детерминизма. С политической - явление это крайне опасное, ибо влечет за собой деморализацию сил, способных выступить против угрозы ядерной войны и нанесения непоправимого ущерба среде обитания.

Отечественная наука всегда уделяла значительное внимание проблемам милитаризма. Политологи, философы, историки, экономисты, социологи, военные теоретики давно и плодотворно изучают корни этого явления. Милитаризм оказывает возрастающее и все более губительное воздействие на природу. Произошло коренное изменение в соотношении милитаристской и «невоенной» сторон современного общества. Ряд объективных факторов способствовал ситуации, когда в качестве главного субъекта, определяющего это соотношение, выступают военно-промышленные комплексы противостоявших ранее держав и их военных организаций.

Милитаризм перестал быть явлением только национальным. Существо современного милитаризма не сводится к расширению его географии, военным блокам и усилению воздействия на все стороны жизни современного общества. Идет усиленная милитаризация третьего мира, сопровождающаяся широким экспортом туда оружия, военной техники и технологий из высокоразвитых стран - экспортом, именуемым «военной помощью развивающимся странам». Налицо качественный сдвиг: милитаризм становится геомилитаризмом. По существу геомилитаризм есть не что иное, как взятый капитализмом на вооружение способ разрешения противоречий в отношениях «человек - природа» и «человек - общество». В современных условиях принципиально меняется сама постановка вопроса о войне и мире, трансформируясь в проблему сохранения жизни на Земле.

Геомилитаризм представляет собой реальный фактор физического уничтожения человечества, который следует рассматривать как в глобально-экологическом, так и социально-историческом аспектах.

Глобально-экологический аспект означает, что по своему реальному и тем более потенциальному влиянию на развитие общества и среды обитания геомилитаризм не только одномасштабен силам природы, но и способен видоизменить их в неблагоприятную для биосферы сторону. В силу этого данное явление может быть понято лишь в процессе планетарно-экологического рассмотрения.

Разумеется, многое из сказанного выше имело место и до превращения милитаризма в геомилитаризм. Налицо, однако, качественный сдвиг: милитаризация экономики означает омертвление огромных, непрерывно возрастающих в объеме материальных и интеллектуальных ресурсов человечества, усиление антропогенного воздействия на природу. Втягиваемые в военную сферу материальные ресурсы предопределяют прямую переработку природной среды в среду искусственную. Иными словами, геомилитаризм нацелен на «съедание» планеты еще до того, как приведена в действие зловещая разрушительная сила.

Присущие геомилитаризму антагонистические отношения между обществом и природой ставят под вопрос саму возможность существования человека, поскольку носителем свойств и качеств социального индивида, субъектом цивилизации он способен быть, лишь оставаясь биологическим организмом. Иными словами, биологическое и социальное начала в человеке оказываются под угрозой дезинтеграции. Производство, являющееся видовым фактором существования человека, равно как его сотрудничество с природой, оказывается направленным и против человека, и против самой природы.

История - одна из древнейших наук, осмысляющая прошлое во имя будущего. Вероятно, впрочем, что первоначально история возникла как образ мышления. Во всяком случае человечество долго боролось с зыбучими песками фактов, прежде чем обнаружило, что в нагромождении его прошлого опыта присутствует некая путеводная нить.

Политическая история возникла как последовательное изложение событий под определенным углом зрения. Угол зрения, как правило, зависел от политических пристрастий власти и тех, кого она приглашала «записать историю». В этом смысле можно утверждать, что практика фальсификации истории родилась едва ли не единовременно с попытками объективно изложить произошедшее. Подтасовка реальных фактов присутствовала уже во времена Древнего Египта, Эллады и Рима. Особенно активно она заявляет о себе в переломные эпохи, когда интерпретация факта порой значит больше, чем сам факт, приобретая роль решающего аргумента в трактовке исторического события.

Все это справедливо и для современной России, в которой социально-политические, культурные и духовные ценности советской формации подверглись ревизии или отвергнуты на официальном уровне. Образовавшийся вакуум заполняется теориями, концепциями, версиями во многом западного происхождения, чуждыми российскому историческому сознанию. Вседозволенность средств массовой информации, равно как и их заидеологизированность, способствует искажению отечественной истории, из обихода гражданина изымаются основные национально-государственные ориентиры: патриотизм, верность долгу, честь и достоинство, веротерпимость. Значительная часть населения сегодняшней России не ведает, кто ее друзья и кто враги, каковы реальные угрозы национальной и военной безопасности.Пренебрежение уроками истории препятствует научной разработке новой военной доктрины, тормозит проведение военной реформы. Подтверждением тому служат материалы дискуссии, развернувшейся на страницах газет и журналов вокруг проекта военной доктрины. Большинство авторов оценивают его как «абстрактную доктрину абстрактного государства», не имеющую ни геополитических, ни военно-исторических составляющих, не говоря уже о духовной (национально-государственной), отражающей специфику страны и ее народа, которая должна лежать в основе всякой системы обороны.

В этих условиях военная история как наука приобретает особое значение. Россия - одна из самых богатых военной историей стран. Ее становление и развитие во многом зависели от того, как она решала проблемы военной безопасности, ей пришлось вести множество больших и малых войн, участвовать в сотнях вооруженных конфликтов.

У России богатейшие военные традиции. В прошлом у нее лучшая в мире военная организация, сильнейшие армия и флот. Россия дала миру немало великих стратегов и полководцев, ее военное искусство всегда отличалось богатством эффективных методов и форм вооруженной борьбы. Русский солдат известен миру как один из самых сообразительных, выносливых, стойких и при этом гуманных. Методологический потенциал военного прошлого России настолько велик, что сегодня он может и должен стать фундаментом формирования «национальной идеи», ее духовной составляющей.

Как общественная наука военная история представляет собой комплекс дисциплин. Одни из них (история войн, история военного искусства, история военного строительства, история военной мысли) призваны выдавать «готовую» продукцию, другие (военная историография и источниковедение, археографическая военно-историческая работа и военная статистика, военная археология) играют как бы вспомогательную, но отнюдь не второстепенную роль.

Необходимость реализации потенциала военно-исторических знаний в целях воспитания гражданина своей страны ставит вопрос об уточнении социального предназначения и функций военной истории.

Во-первых, военная история изучает прошлое народов, государств, оценивает это прошлое, чтобы выявить закономерности общественного развития, правильно понять его тенденции, извлечь уроки и учитывать их в практике сегодняшнего и завтрашнего дня.

Во-вторых, военно-историческая наука, объективно оценивая военное прошлое нашей страны и других стран, вырабатывает теоретические положения и оценки по истории войн, военного искусства, военного строительства и т. д. Таким образом, она активно включается в решение оборонных задач государства.

В-третьих, объективная истина отражается в понятиях, которые раскрывают законы военных событий и формы их реализации, помогают понять сущность исторического процесса. Исследуя деятельность людей, направленную на достижение политических целей военными средствами, военно-историческая наука показывает особенности и формы этой деятельности.

Военно-историческая наука не только исследует историю войн, военного прошлого как единый закономерный процесс, но и определяет основные закономерности развития военного искусства, закладывая тем самым предпосылки прогресса военной теории и практики.

Своими исследованиями она показывает факторы и условия, которые привели именно к такому, а не иному результату, оценивает различные варианты военных действий, уделяя особое внимание реализованным возможностям.

Говоря об этой стороне методологической функции военно-исторической науки, необходимо отметить, что она оказывает непосредственную помощь военной науке, снабжая материалом, из которого последняя вырабатывает теоретические и практические рекомендации вооруженным силам. В этом смысле военно-историческая наука является важным фактором укрепления оборонной мощи страны.

Неотъемлемой функцией военной истории является мировоззренческая. Она выражается, во-первых, в осмыслении места войны в историческом процессе, выработке отношения к войне и роли в ней человека, а также к войне и военным действиям (искусству их ведения) как средствам изменения действительности в интересах общества и государства. Во-вторых, данная функция способствует развитию общей, в том числе военной культуры человека и гражданина, влияет на формирование правильных представлений о характере современной войны и понимание военной доктрины государства.

Важной функцией военной истории является образовательная, выражающаяся в передаче прежде всего военнослужащим профессиональных знаний, умений и навыков, повышении уровня их воинского мастерства, расширении кругозора, развитии творческого мышления.

И, наконец, воспитательная функция, которая состоит в том, что раскрывая героическое прошлое народов России, СССР, военно-историческая наука способствует повышению морального духа нации, ее нравственности.

Показ величия победы советского народа в Великой Отечественной войне играет большую воспитательную роль и сегодня. По размаху театров военных действий, по численности участвовавших в ней войск, боевой техники и ожесточенности сражений, наконец, по числу погибших она не имеет аналога в истории.

В отечественной истории сконцентрированы сведения о прошлом нашего многонационального народа, и как бы далеко ни отстояло от нас это прошлое, его надо знать, чтобы не утратить традиции и духовную связь поколений. Провалы в исторической памяти, тем более ее атрофия есть бедствие, ибо память о делах предков не абстрактно идеологическая категория, а базис морали гражданина-патриота.

Обязанность военных историков - вернуть народу забытые имена героев, раскрыть сущность утраченных традиций, чтобы вдохнуть в них новую жизнь. Почти до конца минувшего века мало кто из нас знал, что уничтоженный в 30-х годах храм Христа Спасителя - самый грандиозный воинский памятник за всю историю России - был посвящен победе в Отечественной войне 1812 года и поставлен на месте захоронения воинов, павших в Куликовской битве.

Воинская слава неразрывно связана с таким замечательным словом, как верность. Верность дружбе, верность другу, верность присяге, верность Отечеству - вот главные духовные составляющие героизма, залог несокрушимости государства.

Военная история как важнейшая составная часть отечественного культурного наследия дает возможность моделировать сложнейшие противоречивые процессы современности, облегчать поиск путей выхода из кризисных ситуаций. Правомерно ставить вопрос о прогностической функции военно-исторической науки, которая определяется возрастающей потребностью иметь исторический «капитал» для прогнозирования характера будущих войн и военных конфликтов, анализа как подготовки к ним, так и опыта их предотвращения.

Обладая значительным потенциалом, российская военно-историческая наука призвана выполнить важные оборонные и общемировоззренческие задачи. Вопрос: в какой мере она готова сегодня это сделать?

Ответ на него неоднозначен, поскольку вряд ли приходится отрицать, что несмотря на высокий уровень развития, отечественная военно-историческая наука переживает кризис, обусловленный спецификой нынешнего переходного периода в истории России. Под кризисом здесь следует понимать не застой и упадок, а поляризацию теоретико-методологических взглядов и подходов, которая во многих случаях разрывает объективную историческую картину.

Кризисные проявления очевидны и выражаются в том, что:

- в результате уточнения или изменения объекта исторических исследований и пересмотра их методологических основ изменяется содержательная часть военной истории;

- сокращается когорта профессионалов: многие опытные военные историки отстранились от работы, а новое поколение специалистов формируется чрезвычайно медленно;

- организационная структура (аппарат) военно-исторических исследований обескровлена, многие ее звенья уничтожены;

- нарастает тенденция сужения и сокращения проблематики военно-исторических исследований; школьные и вузовские учебники по истории нашпигованы датами, фактами, событиями, именами, порой заслоняющими истинное величие военных подвигов России;

- сокращается доля позитивного военно-исторического материала в программах радио и телевидения.

Стало привычным концентрировать внимание российских читателей и слушателей исключительно на вырванных из контекста негативных явлениях, переломных, а потому особо острых в социальном плане периодах отечественной истории. Это деструктивная тенденция выбивает из идеологического потенциала государства важный пласт, необходимый для воспитательной работы в вооруженных силах и среди гражданского населения.

Развернувшиеся в конце восьмидесятых - девяностых годах процессы, связанные с переосмыслением прошлого, сопровождались (и все еще сопровождаются) проявлениями нигилизма, непродуктивной ретроспекции, «исторического беспамятства». Все это по сути своей антиисторично и не способно исправить историческую несправедливость. «Новая» полуправда не может дать народу истину о подлинной военной истории Отечества.

Особенно это относится к событиям 1937-1939 годов, предыстории Великой Отечественной войны, начальному ее периоду, причинам неудач и поражений советских войск в 1941-1942 годах, людским и материальным потерям, судьбе военнопленных и т. д. В малоисследованные сферы военной истории «шумною толпой» вторгаются публицисты, продюсеры, предприимчивые деятели культуры, кино и театра. Действуют они, как правило, в одном направлении - негативно-разоблачительном. И далеко не объективном. В итоге получается, что многие военно-исторические произведения лишь усиливают моральную и социальную путаницу, не оставляют личности (тем более в стадии ее становления) позитивных ориентиров морально-этического свойства.

Нельзя не сказать и о том, что кризис военно-исторической науки отчасти связан с ослаблением внимания к ней (особенно в девяностых годах) высшего политического и военного руководства страны.

Прав русский ученый профессор В. И. Шеремет, говоря, что в истории России война есть тяжкий труд всего народа. Именно поэтому заслуживают всяческой поддержки те, кто стремится воссоздать правдивую военную историю Отчизны.

Но можно ли бороться с фальсификацией истории в принципе? Разумеется, если знать, что фальсификация рождается:

- в прокрустовом ложе идеологического заказа и властных установок;

- как следствие политической конъюнктуры;

- в результате беспринципности автора (целевого заказа);

- в отсутствие достаточного объема фактов, позволяющего исследователю дать волю фантазии;

- когда факты противоречивы и исследователь неспособен либо не желает трактовать их объективно;

- когда амбиции автора превосходят его профессиональные возможности.

Первейшая задача, стоящая перед военными историками, состоит в преодолении кризисных явлений в своей науке. Особое значение приобретает более четкое представление о самой военной истории, ее взаимоотношениях с другими отраслями научного знания. Распространено, например, мнение, что военно-историческая наука является ее частью. О том, что это не так, свидетельствуют исследования, основанные на анализе и обобщении военно-исторической действительности, а не на априорных конструкциях и отрывочных фактах.

Известно, что военно-историческая наука (военная история) в России сложилась как относительно самостоятельная отрасль исторической науки в ХIХ веке. В настоящее время достаточно четко определились объекты и предметы этих наук, их методы, понятия и категории, задачи, а также характер их взаимосвязи и взаимодействия.

Во-первых, военно-историческая наука выражает исторический метод познания, а военная наука - теоретический, они существуют и взаимодействуют, не «подчиняясь» один другому. Исторический метод состоит в прослеживании конкретного процесса с момента его зарождения через основные этапы развития. Теоретическое же познание - в выяснении сущностного, закономерного, типичного и особенного. История отражает ход общественного развития в конкретно-хронологической форме, а теория истории воспроизводит его в абстрактных понятиях и категориях.

Во-вторых, объект и предмет военно-исторической науки намного объемнее науки военной. Военная история исследует военную деятельность государств, партий, классов, различные войны в историческом измерении, военная наука - военно-политический, военно-стратегический и военно-технический аспекты, вооруженную борьбу. Естественно, что история военной деятельности государства или история войн по своему объему никак не может быть частью военной науки, основными проблемами которой являются закономерности вооруженной борьбы, развития и применения вооруженных сил, вопросы теории и практики военного искусства.

В-третьих, функции и задачи военно-исторической науки многообразнее функций и задач, решаемых наукой военной. Первая играет важную мировоззренческую роль, несет в себе огромный морально-нравственный заряд и потому незаменима в военно-патриотическом воспитании. Ее роль велика в формировании качеств, необходимых полководцу, военачальнику, в развитии как общего, так и профессионального мышления военных кадров. Военная наука вооружает их научными знаниями, дает понимание теории вопроса и предлагает рекомендации, необходимые в военной практике. В сравнении с военной историей она более профессионально-прикладная.

В-четвертых, военная история и военная наука имеют разные перспективы. Если войны не исчезнут вообще, то в значительной степени перестанут быть «типовыми», «традиционными», какими являются сейчас, что неизбежно приведет к смене всего понятийно-категориального аппарата военной науки в ее современном понимании. Это позволяет предполагать, что военная наука как особая отрасль военных знаний со временем, возможно, окажется невостребованной и отомрет. Она вольется в русло науки истории и будет изучаться с той же целью, с какой изучается история прошлого.

И наконец самое важное. Военная история несет в себе солидный заряд онтологического (бытийного) содержания для военной науки. Вопрос о «бытии» военной науки не имеет смысла вне сферы военно-исторической действительности и военно-исторического опыта. Ее фундаментальные положения являются результатом познания военно-исторического процесса в целом и его составных частей, таких, как история отечественной и зарубежной военной мысли, история военного искусства, и других.

Особого внимания требуют философские и методологические проблемы военной истории. Причины заблуждений на пути к истине Ф. Бэкон называл «призраками» и «идолами». Применительно к современной военной истории это догматизм и мифологизация, антиисторизм и антисоветизм, авторитаризм и отрицание (недооценка) национального духа исторической науки.

Разработка философско-методологических аспектов военной истории необходима для повышения уровня исследований, усиления ее взаимосвязи с военной наукой, которая также нуждается в изжитии своих кризисных явлений. Этому способствовали бы, например, преодоление взглядов, отождествляющих войну и вооруженную борьбу, разработка теории Второй мировой войны, локальных войн второй половины ХХ - начала XXI века, видоизменения характера современных военных конфликтов и т. д.

Неотъемлемым условием эффективного развития военно-исторической науки является изменение самого ее характера и содержания. Ее привычная продукция - произведения, исчерпывающиеся лишь отражением военной действительности прошлого, ныне утрачивают потребителя. Современный военно-исторический труд должен не ограничиваться единством описания и объяснения, а представлять собой синтез историко-философского осмысления прошлого. Это, разумеется, не означает, что его следует превращать в иллюстрацию философских категорий, философия должна присутствовать в нем как метод исследования и изложения материала.

Универсальной философско-методологической основой военно-исторических исследований в СССР являлся марксизм-ленинизм, имевший статус государственной идеологии. Политизация военно-исторического познания исключала возможность использования иных идей и теорий, в силу чего это познание в значительной мере утрачивало научность. В настоящее время сложились в целом благоприятные условия для формирования объективного исследовательского подхода. Наметившийся научный плюрализм в исторической мысли обуславливает поиск путей к синтезу философско-исторических и концептуальных подходов.

При этом, во-первых, необходимо исключить какие-либо претензии на создание новых универсальных теорий и методов исторического познания, противоречащих неисчерпаемости свойств общественно-исторического, военно-исторического развития. Во-вторых, следует учитывать, что всякая новая научная теория, основанная на добросовестном анализе и обобщении исторической действительности, содержит рациональное зерно и тем самым вносит определенный вклад в развитие исторической мысли.

Обновленная методология исторического исследования должна представлять собой синтез идей, методов, теорий и подходов, которые позволят углубить изучение российского и мирового исторического процесса в целом.

Чтобы быть на уровне стоящих перед ней задач, военно-историческая наука должна:

- сохранять свой национальный дух;

- учитывать достижения разных школ и направлений - как отечественных, так и зарубежных;

- следовать принципу диалектически понимаемой преемственности этапов развития науки;

- не отрываться от практики общественного развития, эволюции военного дела.

Необходимо активнее вовлекать в научный оборот новые архивные материалы и документы, а также «забытые» военно-исторические труды. Представляет большой интерес решение и таких задач, как:

- систематизация данных о количестве, социально-политическом, военно-стратегическом характере войн, которые вела Россия;

- изучение опыта совершенствования русской военной системы;

- комплексные исследования в области истории военной безопасности России;

- изучение опыта проведения военных реформ (как в России, так и в ведущих зарубежных странах);

- обобщение опыта Российского государства в области военного сотрудничества с другими странами (в том числе опыта участия России в современных миротворческих операциях);

- проведение аналитической работы по уточнению основных военно-политических понятий;

- расширение контактов российских военно-исторических структур с соответствующими структурами дружественных стран ближнего и дальнего зарубежья;

- увеличение в российских средствах массовой информации материалов, раскрывающих позитивные стороны отечественной военной истории.

Существует немало других направлений, форм, средств и способов мобилизации имеющегося у нас богатого воспитательного потенциала военной истории.

В сегодняшней России, где бездействуют многие базовые средства воспитания граждан, военная история остается едва ли не единственным источником утоления патриотических запросов защитника Отечества, она с успехом может и должна содействовать формированию национальной идеи.

Источник: www.vpk-news.ru
{{ rating.votes_against }} {{ rating.rating }} {{ rating.votes_for }}

Комментировать

осталось 1800 символов
Свернуть комментарии

Все комментарии (6)

Yuriy_K

комментирует материал 29.01.2010 #

Военная история не может быть в отрыве от истории России вообще. А тут позитивизм уже неуместен, сколько ни заклинайте.
Россия, по крайней мере начиная со своего имперского существования в виде Алтын Орды, представляет собой один большой военный лагерь-бивуак. Свои войны Россия либо провоцировала сама, либо специально упускала все шансы по их предотвращению - кому война, а России - мать родна. В войне Россия выстраивала свой народ. Ее система из войн выходила окрепшей (в отличие от народа). История России - самая милитаристская на планете...
Военная доктрина России состоит в основном не в защите от внешнего нападения/завоевания, а во внутренней угрозе народам, находящимся под пятой империи - тюрьмы народов. Кроме того армия выполняет гражданскую задачу по подготовке идеальных граждан рабской империи - обезличенных, обезволенных, стадных, зашоренных, зомбированных граждан...
Армия - неотъемлемый государственный институт деструктивной, милитаристской, паразитической, имперской российской системы, вот ее суть - http://ideo.ru
Если хотим смотреть в будущее - надо не отмывать черного козла добела, а всё переоценивать, менять и систему и армию...

user avatar
awaks

комментирует материал 29.01.2010 #

Военная наука сама по себе никому не нужна как та "теория без практики". Кто из современного руководства ВС оглядывался на нее, когда "ломал" армию? Скоро из этой науки и истории придется вспоминать народные дружины и партизанскую войну...

user avatar
Ремонт Башен

комментирует материал 29.01.2010 #

Ахолуеть просто... одной статьёй - всё понял и разгадал. раскрыл бельмы ти на славну гишторию воинцтва руськаго, таперича не закроюцца

user avatar
Kasius

комментирует материал 29.01.2010 #

Пока у руля страны партия Бредоросов пути для страны не будет ни в чем.

user avatar
pe4orez

комментирует материал 29.01.2010 #

Много красивых и умных слов и экскурсов в историю. А рекомендации - вообще "песня". Шедевр пустословия.

user avatar
×
Заявите о себе всем пользователям Макспарка!

Заказав эту услугу, Вас смогут все увидеть в блоке "Макспаркеры рекомендуют" - тем самым Вы быстро найдете новых друзей, единомышленников, читателей, партнеров.

Оплата данного размещения производится при помощи Ставок. Каждая купленная ставка позволяет на 1 час разместить рекламу в специальном блоке в правой колонке. В блок попадают три объявления с наибольшим количеством неизрасходованных ставок. По истечении периода в 1 час показа объявления, у него списывается 1 ставка.

Сейчас для мгновенного попадания в этот блок нужно купить 1 ставку.

Цена 10.00 MP
Цена 40.00 MP
Цена 70.00 MP
Цена 120.00 MP
Оплата

К оплате 10.00 MP. У вас на счете 0 MP. Пополнить счет

Войти как пользователь
email
{{ err }}
Password
{{ err }}
captcha
{{ err }}
Обычная pегистрация

Зарегистрированы в Newsland или Maxpark? Войти

email
{{ errors.email_error }}
password
{{ errors.password_error }}
password
{{ errors.confirm_password_error }}
{{ errors.first_name_error }}
{{ errors.last_name_error }}
{{ errors.sex_error }}
{{ errors.birth_date_error }}
{{ errors.agree_to_terms_error }}
Восстановление пароля
email
{{ errors.email }}
Восстановление пароля
Выбор аккаунта

Указанные регистрационные данные повторяются на сайтах Newsland.com и Maxpark.com

Перейти на мобильную версию newsland