Войти в аккаунт
Хотите наслаждаться полной версией, а также получить неограниченный доступ ко всем материалам?

Василий Гейтман

Россия, Москва
Заявка на добавление в друзья

Лес смерти: правда о катынской трагедии

515 6 6

Поляки тяжело переживают гибель политической элиты страны в авиакатастрофе. Погибшие собирались почтить память 22000 польских офицеров, расстрелянных НКВД. Только сейчас наружу всплывает вся правда об этой трагедии - и о причинах, побудивших Лондон закрыть на нее глаза

Обычно казнь происходит быстро, но в этот раз палачи не торопились.

Будущих жертв забирали из лагеря военнопленных и сажали в поезд: два дня они были в пути без пищи и воды. Когда они, наконец, прибыли на место назначения, людей загоняли в тюремные фургоны с окнами, замазанными известью, чтобы те не видели, куда их везут. Поездка была недолгой: затем задние двери фургонов открылись, и их по одному вели к выходу.

И здесь, в лесном полумраке, каждому из обреченных становилось ясно, что его ждет.

Прямо перед собой он видел яму в форме буквы Г, заполненную трупами его товарищей - польских офицеров. Но еще до того, как до приговоренного доходил весь ужас происходящего, двое дюжих солдат в форме НКВД крепко хватали его за руки. Если человек начинал сопротивляться, ему связывали руки за спиной, а свободный конец веревки захлестывали на шее петлей. Некоторым накидывали на головы их собственные шинели, другим вместо кляпа набивали рот опилками. Тех, кто и после этого пытался освободиться, забивали прикладами или кололи штыками. Спасения не было.

Остальных просто подводили к краю ямы - их будущей могилы. Жертву крепко держали с обеих сторон, а сзади подходил офицер НКВД, вооруженный немецким 7,65-миллиметровым «вальтером». Отдача у него была слабее по сравнению с более тяжелыми советскими пистолетами, и рука палача меньше уставала - что немаловажно, когда надо расстрелять столько людей сразу. Приговоренному стреляли в затылок; если убийца знал свое дело, пуля пробивала череп насквозь, выходя через лоб. Смерть была мгновенной - один за другим польские офицеры падали в братскую могилу.

Расстрел происходил в лесу в лесу у деревеньки Катынь рядом со Смоленском. Здесь, и в двух других местах в апреле-мае 1940 года сталинские подручные убили 22000 польских офицеров - практически всю военную элиту страны. В историю это ужасное злодеяние вошло как «катынский расстрел». А с прошлой субботы слово «Катынь» обрело новое трагическое звучание. Именно туда направлялись польский президент и еще 95 политических и военных руководителей страны, когда их самолет разбился в густом тумане. Они должны были принять участие в памятной церемонии по случаю семидесятилетия гибели польских военнопленных.

Уже ведется тщательное расследование причин катастрофы; его результаты обещано обнародовать в короткие сроки. Как же это контрастирует с самим «катынским расстрелом», правда о котором стала известна лишь спустя десятилетия! Долгие годы вину за убийство военнопленных возлагали то на нацистов, то на Советы - и те, и другие были вполне способны совершить злодеяние такого масштаба. К этому примешивались слухи о сокрытии произошедшего британским и американским политическим руководством; не обошлось, конечно, и без конспирологических теорий.

Сегодня, однако, мы можем в целом восстановить картину этих событий - во многом благодаря первоклассным историческим исследованиям польского Института национальной памяти во главе с Янушем Куртыкой (Janusz Kurtyka); к сожалению, он тоже погиб в авиакатастрофе под Смоленском. Кроме того, в своей новой книге «Катынь 1940» польская исследовательница Эугения Мареш (Eugenia Maresch) обобщает документальные свидетельства о реакции западных держав на катынское убийство.

В результате мы можем почти полностью проследить цепь событий, приведших к катынскому расстрелу - и его горький эпилог.

Мы часто забываем: когда Гитлер напал на Польшу 1 сентября 1939 года, Сталин всего двумя неделями позже последовал его примеру. Наступления двух мощных держав поляки отразить не могли, и уже к концу месяца два самых жестких в мире диктаторских режима поделили страну между собой. Параллельно с немецкими зверствами раскручивался и маховик сталинского террора против поляков.

В октябре нарком внутренних дел Лаврентий Берия - глава советской тайной полиции - распорядился выявить офицеров среди сотен тысяч польских военнопленных. Среди них был и Здзислав Пешковский (Zdzislaw Peszkowski): свежеиспеченному выпускнику военного училища едва исполнился 21 год. Несколько лет назад, незадолго до его смерти, я взял у Пешковского интервью: он помнил события далекого 1940 года с поразительной и душераздирающей четкостью. «Нас набили в теплушки и повезли в лагерь, - рассказывал он. - В моем вагоне нас было человек 70, и в дороге мы провели целый месяц. Один мой друг - он тоже оказался там - уже побывал в плену у русских. Он предупредил меня: если будут давать селедку, нельзя ее есть - потом будет мучить жажда, а воды взять неоткуда. Кое-кто из наших товарищей все же не удержался, и это было ужасно. Губы у них растрескались и кровоточили, как будто их порезали ножом». Воду офицерам давали только на остановках: тогда же они могли немного подышать свежим воздухом и вынести из вагона трупы тех, кто не выдержал тягот пути.

Наконец, в начале ноября, офицеры прибыли в бывший монастырь под Козельском на северо-востоке Польши [так в тексте - прим. перев.], превращенный в лагерь для военнопленных. Там разместили до 4000 офицеров, в том числе и Пешковского. В лагере они провели несколько месяцев, опасаясь чего-то плохого, но не догадываясь, какая страшная судьба их ждет. «Мы и представить себе не могли, что русские безжалостно убьют нас всех», - пояснял Пешковский.

Участь пленных была решена в Москве в марте 1940 года: Берия направил Сталину записку с предложением расстрелять офицеров, чтобы исключить возможность их участия в антисоветских мятежах. Советский лидер одобрил предложение, оставив на первой странице документа свою размашистую подпись. Решение утвердили еще три члена Политбюро: они тоже расписались под автографом вождя. Стремление уничтожить польскую военную элиту было обусловлено не просто жестокостью. Многие считают: таким образом Сталин рассчитывал ослабить польский народ - настолько, что подчинить его не составит труда.

Когда было принято решение по записке Берии, события начали развиваться быстро: в Козельске и других лагерях офицеров партиями грузили в эшелоны и увозили в неизвестном направлении. «Каждые несколько дней они отправляли по группе, - вспоминал Здзислав Пешковский. - Поначалу мы радовались их отъезду, ведь нам дали понять, что наших товарищей отправляют в другое место, с гораздо лучшими условиями». Оптимизм только усиливался из-за циничной уловки русских - уезжающим они делали прививки от тифа и холеры.

Но через несколько дней, когда эшелоны возвращались порожняком, офицеры начали гадать - куда же на самом деле увезли их товарищей. Пешковский припомнил, как одна женщина, работавшая в местной больнице, разговаривая с одним из военнопленных, разрыдалась: «Он спросил ее, в чем дело, и она ответила: «Вам лгут»». На следующий день эта женщина исчезла.

Сведения о том, что именно происходило на месте расстрела, по понятным причинам крайне скудны. Большинство русских солдат, принимавших участие в расправе, естественно, старались держать язык за зубами. Однако поляк Януш Лясковский (Janusz Laskowski) - он живет сегодня в Лондоне - вспоминает: одного из катынских палачей разместили на постой в доме его матери. Каждый вечер этот советский солдат изводил одиннадцатилетнего Януша рассказами о том, как прошел его «рабочий день».

Теперь мы знаем: польских военнопленных доставляли в лес на грузовиках и вели в «загон», огороженный колючей проволокой. Оттуда офицеров группами - со связанными руками - отводили к вырытым ямам. Тем, кто пытался сопротивляться, завязывали глаза или накидывали на голову шинели. Другим, что шли спокойно, открывалась чудовищная картина.

В огромной глубокой яме они видели тела своих товарищей. По краям трупы лежали рядами тесно, как сардины в банке, а в середину мертвых бросали как попало. Прямо по трупам ходили солдаты НКВД, волоча на свободные места последние жертвы - словно мясники на бойне. Через мгновение - выстрел в затылок, и новоприбывшие присоединялись к погибшим.

Дневник, найденный на теле майора Адама Сольского (Adam Solski), расстрелянного в Катыни 8 апреля, свидетельствует о том, как жертвы с ужасом начинали осознавать, что их ждет: «Перевозка в боксах «ворона» (страшно). Нас привезли куда-то в лес, похоже на дачное место. Тщательный обыск. Интересовались моим обручальным кольцом, забрали рубли, ремень, перочинный ножик, часы, которые показывали 6.30. . .». Больше он ничего не успел записать.

Расправившись с последними жертвами, палачи переходили к другим делам: забрасывали трупы землей, разравнивали поверхность, и сажали над ямами молодые сосенки, чтобы скрыть следы своей жуткой работы. Методичность и масштаб злодеяния с трудом укладываются в голове. Вскоре в Козельском лагере осталось только 250 поляков; в других - еще 182 офицера. Расстреляно было около 22000 человек. Здзислава Пешковского - одного из немногих уцелевших - до конца жизни мучил вопрос: «Почему меня оставили в живых?»

Вскоре - в июне 1941 года - нацистская Германия напала на СССР; русским и полякам пришлось на время забыть о взаимной вражде и стать «союзниками поневоле». Теперь у Москвы каждый солдат был на счету: оставшихся пленных освободили и включили в состав спешно формировавшейся польской армии под командованием генерала Андерса. «Он приехал в тюрьму, и сообщил, что мы свободны, - рассказывал Пешковский. - Мы задали ему вопрос: «Генерал, а где остальные?» Он ответил: «Мы пытаемся это выяснить»».

Однако о произошедшем в Катыни мир узнал лишь 13 апреля 1943 года, когда немцы объявили, что обнаружили в лесу массовые захоронения. Для нацистов военное преступление, совершенное русскими, было пропагандистским «козырем» - и они постарались выжать из него все, что можно.

Неудивительно, что эти сообщения вызвали напряженность в рядах Антигитлеровской коалиции. Через два дня после немецкого заявления глава польского правительства в изгнании генерал Сикорский обсудил «катынское дело» с Уинстоном Черчиллем. Согласно польской записи беседы, британский премьер заметил: утверждения немцев о том, что убийство совершили русские, «возможно соответствуют действительности». «Мы знаем, на что способны большевики, что они готовы на любую жестокость», - пояснил Черчилль.

Однако ничего поделать премьер не мог. Каковы бы ни были его подозрения, для победы над Гитлером необходимо было сохранять союз с русскими. Позицию Лондона четко сформулировал глава британской миссии в Москве в донесении Военному министерству в августе 1943 года: «Нам нужно держаться от этого дела как можно дальше, а если придется вмешаться, следует помнить - победить Гитлера мы можем с помощью России, а не Польши».

Позднее кое-кто использовал эту цитату как доказательство соучастия Британии в сокрытии катынского преступления. Но в то время польские лидеры понимали: реакция Лондона и Вашингтона неизбежно будет определяться прагматическими военно-политическими соображениями. Станислав Миколайчик (Stanislaw Mikolajczyk) - в июле 1943 года, после гибели Сикорского в авиакатастрофе, он возглавит польское правительство в изгнании - признал в разговоре с Черчиллем, что разрыв с Советами чреват катастрофическим последствиями для борьбы союзников с нацизмом.

Кроме того в годы войны представленные немцами доказательства виновности русских вызывали серьезнейшие сомнения. Сэр Бернард Спилсбери (Bernard Spilsbury), ведущий британский патологоанатом - его иногда даже называют отцом современной судебной медицины - заметил в апреле 1944 года: «на мой взгляд ответить на вопрос, кто это сделал - немцы или русские, невозможно». Улики, собранные на трупах, эксгумированных из катынских могил, привели Спилсбери к выводу, что погибшие пролежали в земле меньше времени, чем утверждали немцы, а потому убийства должно быть совершили сами нацисты.

Другие сомневались в подлинности найденных у погибших документов, использовавшихся в качестве доказательств против русских: некоторые утверждали, что немцы подделали их, чтобы «подставить» Советы. Все это побудило сэра Уильяма Малкина (William Malkin), главного юрисконсульта Форин Офис, заметить: «Правды мы скорее всего никогда не узнаем, но эти сомнения должны как минимум побудить нас воздержаться от определенных суждений по данному вопросу».

Даже после победы над Гитлером, в период «холодной войны», британское правительство продолжало придерживаться этой позиции. В глазах некоторых британцев и многих поляков это попахивало позорным сокрытием преступления. Но до самых недавних пор неопровержимых доказательств виновности русских не было. Некоторые немцы тоже подозревали, что «катынское дело» было сфабриковано нацистским министром пропаганды Геббельсом. Один из них в феврале 1971 года отметил в письме в Times: «Мы, немецкие солдаты, . . . отлично знаем, что с польскими офицерами разделались наши, и никто иной».

Правда стала известна лишь в начале девяностых, когда советский лидер Михаил Горбачев наконец признал, что убийство поляков совершил НКВД. Его преемник Борис Ельцин в 1992 году передал Польше документальные доказательства, в том числе и пресловутую записку Берии со сталинской подписью.

В результате на месте расстрела были проведены новые эксгумации. В этом участвовал и чудом избежавший смерти офицер Здзислав Пешковский: после войны он стал католическим священником и капелланом Федерации катынских семей - объединения родственников погибших. «Я хотел, чтобы эксгумации стали священным актом, - рассказывал он мне. - Каждый день в 12 часов мы проводили мессу и общую молитву. Раскапывая могилы, мы словно бередили открытую рану всего нашего народа».

Увы, теперь, когда 95 представителей польской элиты погибли, направляясь в Катынь, чтобы почтить память жертв расстрелов, этот лес будет ассоциироваться у страны уже с двойной трагедией.

Источник: rus.ruvr.ru
{{ rating.votes_against }} {{ rating.rating }} {{ rating.votes_for }}

Комментировать

осталось 1800 символов
Свернуть комментарии

Все комментарии (6)

Роман Белов

комментирует материал 16.04.2010 #

Автор прав, что доказательства противоречивы, но пока перевешивают те, что немцы расстреляли поляков в 41-м, а потом в 43-м их "нашли". "Доказательства", переданные Горбачевым - фальшивка западных спецслужб, это тоже доказано. Мы можем держать голову по катынскому делу гордо вскинутой, а немцы - виновато поникшей.

no avatar
Виктор Костоправ

комментирует материал 16.04.2010 #

Сегодня, однако, мы можем в целом восстановить картину этих событий - во многом благодаря первоклассным историческим исследованиям польского Института национальной памяти во главе с Янушем Куртыкой.
Теперь мы знаем: польских военнопленных доставляли в лес на грузовиках и вели в «загон», огороженный колючей проволокой. Оттуда офицеров группами - со связанными руками - отводили к вырытым ямам. Тем, кто пытался сопротивляться, завязывали глаза или накидывали на голову
шинели. Другим, что шли спокойно, открывалась чудовищная картина. В огромной глубокой яме они видели тела своих товарищей. По краям трупы лежали рядами тесно, как сардины в банке, а в середину мертвых бросали как попало. Прямо по трупам ходили солдаты НКВД, волоча на свободные места последние жертвы - словно мясники на бойне. Через мгновение - выстрел в затылок, и новоприбывшие присоединялись к погибшим.

Действительно первоклассно поработали поляки. Они даже смогли восстановить ту ужасную картину которую видели польские офицеры перед выстрелом в затылок. Я уверен, что с такой наукой поляки легко узнают причину катастрофы ТУ-154 в Смоленске
Да, широко шагнула наука в Польше. России до этого далеко.

no avatar
Виктор Костоправ

комментирует материал 16.04.2010 #

Однако ничего поделать премьер не мог. Каковы бы ни были его подозрения, для победы над Гитлером необходимо было сохранять союз с русскими. Позицию Лондона четко сформулировал глава британской миссии в Москве в донесении Военному министерству в августе 1943 года: «Нам нужно держаться от этого дела как можно дальше, а если придется вмешаться, следует помнить - победить Гитлера мы можем с помощью России, а не Польши».
Позднее кое-кто использовал эту цитату как доказательство соучастия Британии в сокрытии катынского преступления. Но в то время польские лидеры понимали: реакция Лондона и Вашингтона неизбежно будет определяться прагматическими военно-политическими соображениями. Станислав Миколайчик - в июле 1943 года, после гибели Сикорского в авиакатастрофе, он возглавит польское правительство в изгнании - признал в разговоре с Черчиллем, что разрыв с Советами чреват катастрофическим последствиями для борьбы союзников с нацизмом.

Вот беда с этими русофобами. Они ради сиюминутной выгоды начинают манипулировать фактами применительно данному моменту. То отрицают основную роль СССР в войне с фашизмом. То забываясь начинают выкладывать факты, которые это доказывают.

no avatar
ab1950 ab1950

комментирует материал 16.04.2010 #

То, что поляков расстреляли - правда. То, что их расстреливали и русские, и немцы - тоже правда.Но то, что в Катыни "обнаруженных" немцами, они-же и расстреляли, понятно всем, даже самим полякам. Им так проще попрошайничать, потому, что реальные места расстрелов найти не получится никак: там везде настолько много трупов, что отличить поляков от "французов" не сможет никакая комиссия.А в Катыни всё чётко, по-немецки: лежат рядком, завязаны ладком. В карманах по конверту с распиской от НКВД, заверенной в гестапо. (Попробуй рыться в ямах, где навалено по-русски, а все карманы вывернуты по три раза, да ещё и в заду поковырялись, брильянты искали...)Особенно хороши басни про чемоданы с "немецкими пистолетами". Ага, повезут они, щас! Если наган нагрелся, в кармане ещё три лежат, этого добра с первой мировой войны столько осталось, что на всю Европу хватило-бы.А нестыковки в документах тоже "от лени": дал гарбичев команду найти бумажки, а в архивах чёрт ногу сломит. Вот и придумали новую бумажку сочинить, чтобы не возиться; да и посмеяться потом можно будет, авторитета-то у "горбатого" к этому времени никакого уже не было.
al0253@yandex.ru

no avatar
Leonid Poley

комментирует материал 16.04.2010 #

"Правда стала известна лишь в начале девяностых, когда советский лидер Михаил Горбачев наконец признал, что убийство поляков совершил НКВД. Его преемник Борис Ельцин в 1992 году передал Польше документальные доказательства, в том числе и пресловутую записку Берии со сталинской подписью."
Всё это фальшивки, состряпанные Яковлевым с компанией русофобов.

no avatar
×
Заявите о себе всем пользователям Макспарка!

Заказав эту услугу, Вас смогут все увидеть в блоке "Макспаркеры рекомендуют" - тем самым Вы быстро найдете новых друзей, единомышленников, читателей, партнеров.

Оплата данного размещения производится при помощи Ставок. Каждая купленная ставка позволяет на 1 час разместить рекламу в специальном блоке в правой колонке. В блок попадают три объявления с наибольшим количеством неизрасходованных ставок. По истечении периода в 1 час показа объявления, у него списывается 1 ставка.

Сейчас для мгновенного попадания в этот блок нужно купить 1 ставку.

Цена 10.00 MP
Цена 40.00 MP
Цена 70.00 MP
Цена 120.00 MP
Оплата

К оплате 10.00 MP. У вас на счете 0 MP. Пополнить счет

Войти как пользователь
email
{{ err }}
Password
{{ err }}
captcha
{{ err }}
Обычная pегистрация

Зарегистрированы в Newsland или Maxpark? Войти

email
{{ errors.email_error }}
password
{{ errors.password_error }}
password
{{ errors.confirm_password_error }}
{{ errors.first_name_error }}
{{ errors.last_name_error }}
{{ errors.sex_error }}
{{ errors.birth_date_error }}
{{ errors.agree_to_terms_error }}
Восстановление пароля
email
{{ errors.email }}
Восстановление пароля
Выбор аккаунта

Указанные регистрационные данные повторяются на сайтах Newsland.com и Maxpark.com

Перейти на мобильную версию newsland