Войти в аккаунт
Хотите наслаждаться полной версией, а также получить неограниченный доступ ко всем материалам?

ДРУГИЕ БЕРЕГА

Сообщество 337 участников
Заявка на добавление в друзья

Марин Цветаев Московская любовь парижского маьчика

Сухая биографическая справка бывает примечательна. Георгий Эфрон, сын Марины Цветаевой и Сергея Эфрона. Родился 1 февраля 1925 года в Праге, почти четырнадцать лет провёл во Франции. В 1939 году приехал вместе с матерью в Советский Союз. Пережил арест сестры Ариадны, арест отца (о его гибели он так и не узнает), самоубийство матери, две эвакуации и, наконец, был призван в Красную армию. Погиб в июле 1944-го на 1-м Прибалтийском фронте во время знаменитой операции «Багратион».

А короткая жизнь была гораздо интереснее этой справки.

В истории литературы Георгий Эфрон остался под домашним именем Мур.

Уже внешность Мура изумляла окружающих. Высокий, крупного телосложения, в пятнадцать лет он казался по меньшей мере двадцатилетним. Манеры, привычки Мура выделяли его не меньше. Высокий, элегантно одетый, даже в московскую жару он носил костюм с галстуком. Для молодого человека тех лет - редкость. Москвичи тогда одевались скромно. Толстовки, простые рубахи, безрукавки, рабочие блузы, пролетарские кепки. Даже советская элита внешне мало отличалась от простых горожан. Роскошно одевались только некоторые актрисы МХАТа и Большого театра да жёны больших начальников, партийных, военных и хозяйственных. Зато их мужья носили полувоенные или военные френчи и гимнастёрки, ничего лишнего.

Когда Мур со своим другом Митькой (Дмитрием Сеземаном) болтали по-французски, читали стихи Верлена и Малларме, прохожие оглядывались - иностранцы! В предвоенной Москве иностранец был редким, экзотичным явлением, как попугай в заснеженном русском лесу. Не только случайные прохожие принимали Мура за иностранца. Это было едва ли не общее мнение. «Не наш», - выдохнет Мария Белкина, будущий биограф Цветаевой. «Парижским мальчиком» назовёт Мура Анна Ахматова. Одноклассники единодушно признают Георгия Эфрона «французом», хотя в его жилах не было ни капли французской крови.

Любопытно, что все столь же единодушно признавали его необыкновенное сходство с матерью. Отец в шутку сказал о Муре: «Марин Цветаев». «В комнату вошла молодая, розовощёкая, стройная Марина в брюках», - напишет о Муре всё та же Белкина, только вот настоящую Марину она парижанкой не считала: «Столько лет прожила за границей, в Париже - и ничего от Запада. Всё исконно русское и даже не городское, а скорее что-то степное, от земли…» - записала она в дневнике.

А Мур вовсе не хотел французом оставаться. Он приехал в Советскую Россию, чтобы стать советским человеком.

О своём новом отечестве Мур знал очень много. Марина Ивановна читала ему русские книги, Сергей Яковлевич водил на советские кинокартины. Родители внушали Муру, что во Франции он только эмигрант, что его родина в России. Товарищи по католическому колледжу считали Мура русским. Казалось бы, самой судьбой ему предназначено жить в Советском Союзе.

Жизнь в СССР не сразу разочаровала его. Даже советская бедность, бытовая неустроенность не слишком смущали Мура, ведь и во Франции семья Эфрон жила бедно. Одно время Цветаева подбирала на рынке овощи, упавшие с лотков. Правда, Мура удивили простые советские люди, квартирные хозяева, соседи по коммуналке: «Странно - люди живут в Советском Союзе - а советского в них ни йоты. Поют пошлятину. О марксизме не имеют ни малейшего представления», - записал он в дневнике.

Но вообще-то Мур редко обращал внимание на такие мелочи. Его занимали литература (французская и русская) и мировая политика. В Европе уже шла война. Мур добросовестно, день за днём, отслеживал события на Западном фронте, в Норвегии, на Балканах, в Эфиопии: «Вообще, больше всего меня интересует международное положение и мировая политика. Кто кого одолеет в Африке? Говорят, в недалёком будущем там начнётся сезон дождей».

Нечего и говорить, что такой странный, нестандартно мыслящий молодой человек был одинок. Мур во всех отношениях перерос сверстников. В их глазах он оставался парижанином, «мусье». Уже в Ташкенте, в школе для эвакуированных, его будут звать Печориным, но ведь и Печорин - человек одинокий. Впрочем, изгоем Мур тоже не был. Он учился в подмосковном Голицыне, затем в паре московских школ, наконец, в Ташкенте. Нигде его не унижали, не преследовали, клеймо «сын врага народа» (Сергея Эфрона арестовали в октябре 1939-го, расстреляли в августе 1941-го) счастливо миновало Мура.

В свою очередь, Мур старался стать «своим», советским и русским (эти понятия, по крайней мере первые два года пребывания в СССР, для него сливались), изо всех сил. Арест отца и сестры как будто не повлиял на его убеждения. До осени 1941-го он оставался убеждённым коммунистом (хотя не состоял даже в комсомоле). В дневнике Мур не устаёт писать одно и то же: надо жить настоящим, «жить советской действительностью». «Митька опять французит», - ругал Мур своего единственного друга, такого же русского парижанина, как сам Мур.

Георгий Эфрон настолько хотел стать советским, что и вкус свой, и взгляды пытался подчинить общепринятым. Неспортивный («руки как у девушки»), увиливавший от обязательной тогда для старшеклассников военной подготовки, Мур начинает ходить на футбол, потому что футбол любили, как ему казалось, все нормальные советские молодые люди. Эстет, ценитель Бодлера и Малларме хвалил «Как закалялась сталь». Хуже того, он даже поддержит критика Зелинского, когда тот разругает стихи Марины Ивановны за «формализм и декаденс». Мур поддакивает советскому критику: «Я себе не представляю, как Гослит мог бы напечатать стихи матери - совершенно и тотально оторванные от жизни и ничего общего не имеющие с действительностью».

Вообще с матерью он был суров. Она называла сына «Мур, Мурлыга». Сын называл её «Марина Ивановна». О Цветаевой он писал очень мало.

Помимо политики и литературы, Мура интересовали друзья и женщины. У него не было ни тех ни других. Митька долгое время казался Муру слишком парижским, слишком французским. «Марин Цветаев» хотел подружиться с настоящим советским человеком: «В Москве у меня совершенно нет друзей», «…это довольно ненормальное явление: 15-летний молодой человек Советской страны не имеет друзей!». Такие жалобы много раз повторяются в дневниках 1940-1941-го. Появлялись знакомые, товарищи, но не друзья.

О женщинах Мур знал больше, чем его одноклассники, по крайней мере в теории. Георгий сетовал, что Марина Ивановна недостаточно просветила его на сей счёт, но ведь в распоряжении молодого человека было сколько угодно сведений, от «Декамерона» до французских порнографических журналов, что свободно гуляли по рукам учеников католического колледжа Маяра в Кламаре, где Мур учился несколько лет. Московским девочкам нравился взрослый и элегантный Георгий Эфрон, а Георгий мечтал поскорее потерять свой fleur d’oranger (цветок апельсинового дерева, цветок невинности - разг. фр.). Но перевести теорию в практику не решался. Взрослые женщины были недоступны, сверстницы - малоинтересны. Мур оказался разборчив. К тому же его вкус сформировался в другой стране: «Во Франции за такой не волочились бы», - пишет он об однокласснице, за которой ему советовали поухаживать. Нет, Мур ценил себя высоко: «Для меня нужна девушка во сто раз красивей, и умнее, и очаровательнее».

Нашёл ли он такую? По крайней мере ему показалось, что нашёл. Имя Вали Предатько впервые упомянуто в дневнике Мура 17 мая 1941-го: «Вчера звонила эта девица. Я узнал её голос - я теперь знаю, кто она: это Валя Предатько . Мы с ней пресимпатично разговаривали. Вообще, она мне нравится - она остроумна и в известной степени привлекательна».

Мур и Валя учились в одной школе, Мур в 8-м, Валя - в 9-м классе. За неуспеваемость её оставили на второй год, так что осенью 1941-го Мур и Валя стали бы одноклассниками. А пока, в мае - июне 1941-го, их роман счастливо развивался. Роман был по-советски целомудрен, пожалуй, что чересчур целомудрен: «Я даже её ни разу не взял под руку. И я с ней на «вы». Она тоже, кстати». Свой «цветочек» Мур так и не потерял, в «парижском мальчике» было слишком мало страсти и слишком много рассудочности. Впрочем, может быть, Вале и Муру просто помешала война? Во второй половине июня их роман был в разгаре. Несколько дней Мур вёл дневник только по-французски, что было признаком сильного душевного волнения. Через месяц Марина Ивановна увезёт Мура из Москвы. Он вернётся в столицу осенью 1941-го и встретит Валю, с которой пару месяцев лишь обменивался редкими письмами. Но интерес к ней Мура будет уже вполне меркантильным: «Завтра буду ей звонить. Она работает на хлебопекарном заводе; возможно, что это мне поможет в смысле получения хлеба». Впрочем, и в лучшие времена Валя платила за Мура, покупала ему билеты на футбол. Но чувства Вали к Муру не совсем угасли. Она будет уговаривать Мура не уезжать из Москвы (напрасно), будет посылать ему в Ташкент деньги, однако Мур отнесётся к ней холодно.

Зададим вечный вопрос: если бы не было войны, не было панического бегства в Елабугу, самоубийства Марины Цветаевой, не было страшных московских дней в октябре 1941-го, как мог сложиться их роман? Боюсь, что сложился бы точно так же. Мур как будто наткнулся на стеклянную стенку. Мур и Валя выросли в разных мирах. Для сына Марины Цветаевой Валя Предатько была слишком «простой», девушке не хватало европейской культуры, которую так ценил Мур. Шестнадцатилетний мальчик пытался «перевоспитать» семнадцатилетнюю москвичку, сделать её похожей на себя: «Уже поздно!» - говорила Валя. Умный, рационально мыслящий Мур должен был согласиться: «Попытки изваять из Вали образ, немного похожий на меня, обречены на неудачу, потому что противоестественны и неорганичны».

Лето - осень 1941-го положили конец иллюзиям Мура. Вынужденное знакомство с русской провинцией, с бедностью и неустроенностью жизни за пределами Москвы, гибель Марины Ивановны - всё это потрясло парижского мальчика, заставило совершенно переменить взгляды на жизнь, на окружающих, на собственное предназначение, наконец. Мур потерял розовые очки.

Последней каплей стал октябрь 1941-го. Немцы замкнули окружение под Вязьмой. Несколько дней между Москвой и наступающим вермахтом практически не было советских войск. Паника в Москве, сгоревшие партбилеты, сожжённые собрания сочинений Ленина, Маркса и Энгельса: «День 16 октября был открытием, который показал, насколько советская власть держится на ниточке».

Великая иллюзия кончилась. Отныне коммунисты станут для Мура просто «красными», Красную армию он будет называть иронично: «Red Army». А главное, у Мура пропадёт желание быть советским человеком. К СССР и ко всему советскому он начнёт относиться насмешливо, а то и враждебно. Забросит навсегда мечты об интеграции в советское общество, о советских друзьях. Любовь к Советской стране угаснет, как угасло и его увлечение Валей.

Новой мечтой Мура станет возвращение в Париж. Теперь он станет жить воспоминаниями о прекрасной Франции. Часами Мур слушает французское радио, не только потому, что продолжает интересоваться мировой политикой, - ему просто приятно слышать французские голоса. Генерал де Голль в Алжире интересует его куда больше, чем битва на Курской дуге. В эвакуации, в голодном Ташкенте, Мур наконец-то находит своё призвание. Теперь он хочет посвятить жизнь пропаганде французской культуры в России и русской культуры во Франции. Лучшего занятия нельзя было и придумать для Георгия Эфрона: «Я русский по происхождению и француз по детству и образованию», - писал он. Мур начинает роман «Записки парижанина», задумывает «Историю современной французской литературы», литературы, которую он считал лучшей в мире. Мур поступает в Литературный институт на отделение переводчиков, но литературоведом и переводчиком он не стал. Литинститут не давал отсрочки от службы в армии.

Мура ждал фронт, бои с немцами и безымянная могила у деревни Друйки, где русский парижанин, сын Марины Цветаевой принял последний бой.

Источник: www.chaskor.ru
{{ rating.votes_against }} {{ rating.rating }} {{ rating.votes_for }}

Комментировать

осталось 1800 символов
Свернуть комментарии

Все комментарии (46)

Maрина Малинина 01"14

комментирует материал 04.02.2014 #

Страшный текст. И у Вали фамилия хорошая)
Ещё один будущий гений просто убит. Крючкова, и все, кормящиеся на стихах Ахматой, перед началом концертного вечера обхаивают книгу Катаевой. А ведь там каждое предложение подписано - "откуда".

Смешалось всё в кассе...

no avatar
Lora Kroft

отвечает Maрина Малинина 01"14 на комментарий 04.02.2014 #

Страшная прежде всего судьба. Как безжалостно выкосили большую прекрасную русскую семью - под корень, всех, чтобы даже и следа их на земле не осталось ((( Бунин кричал Ариадне - куда ты едешь, дура, тебя расстреляют... А они все равно поехали ((( Любовь к отеческим гробам не давала покоя. Все остальное - следствие этой любви...
Характер у парня был непростой.
Анти-Ахматову я тоже не люблю. Цитаты надерганы отовсюду, а интерпретация вольная, бездоказательная. Да и кто мы такие, чтобы их - судить? Предполагать только и имеем право...

no avatar
Maрина Малинина 01"14

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Мне тоже не хочется верить, что Ахматова в Ташкенте отказала ему в куске хлеба(, но что-то в душе подсказывает, что такое могло быть.
А.А.А хотела чтобы остались она и Блок. Не вышло.
Затем - она и Мандельштам. Аналогично.
Пришлось стать "великой вдовой". Пунин с Гаршиным не оценили. Она не пожалела той верёвки, которой Пастернак перевязал чемодан Цветаевой. Великие стихи отдельно - личность, увы, при них...

no avatar
Lora Kroft

отвечает Maрина Малинина 01"14 на комментарий 04.02.2014 #

Мне как-то никогда не хотелось их судить. Вообразить, как было бы, если... это я с удовольствием ) Историческое моделирование - увлекательная вещь, все-таки ) А судить за содеянное (ли?) - кто знает, как бы я поступила на ее месте... Ахматова была гибкой, податливой, чуткой... при внешней холодности и строгости. И дожила почти до 80-ти, перенеся страшные испытания времени. Цветаева - резкая, неуступивая, бескомпромиссная, очень умная при внешней разболтанности бытовой и рассеянности житейской гнуться не умела совершенно. И - сломалась так рано... Мне нужны они обе, всю жизнь.

no avatar
Maрина Малинина 01"14

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Настолько они разные...
.А.А. знает, что делает, и Цветаева уже догадывается, если в 1939-м, перед отъездом, корректирует старый кусочек из "Лебединого Стана:
" - Царь!Вы были не правы,
Помянет потомство
Ещё не раз - Византийское вероломство
Ваших ясных глаз"

И ещё мечтает (!):
"Царь опять на престол взойдёт -
Это ясно, как кровь и пот"

Практицизм с идеализмом, мечты с реализмом...
Выжил, кто сильнее... Говорила уже, но Эфрона стоило пристрелить ещё в Париже(

no avatar
Lora Kroft

отвечает Maрина Малинина 01"14 на комментарий 04.02.2014 #

Эфрон ее мучительно любил, не смотря ни на что. И она его любила, я думаю. Не любила бы, не поехала бы в Россию за ним. А вот Ахматова могла не поехать за мозаичистом. В этом и разница. Я их читаю всегда слоями, вместе не умещаются в душе )

no avatar
Maрина Малинина 01"14

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Эфрон увидел в Париже слишком много красивых женщин.
А Марине нужна была обслуга. Творить и тащить бьт её не учили. Она искала кто пожалеет, просто морально. Все эти "интимные" переписки, по которым диссертации защищались.... Интимность того времени, больше духовную, очень быстро опустили до практической.
А.А. поняла всё намного быстрее. По крайней мере, прислушиваюсь к Адрову, это точно "из их круга". Торговля именем была поставлена удачно, вот только Пунин не покупался никак... Такие разные таланты...

no avatar
Lora Kroft

отвечает Maрина Малинина 01"14 на комментарий 04.02.2014 #

Пунин ее оценил, по моему, только в лагере ) Было время для размышлений ((( Хотя эту его записку оттуда, по моему, вовремя спрятали... Много там всего намешано, Марина, трудно отделить плохое от хорошего. Разные, да... И отношения, и стихи. и романы... все разное! Они, как две огромные сторожевые башни одного большого стройного замка, архитектура которых несхожа, а назначение - одно...

no avatar
Valentina Stefan

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Хорошо Вы написали, правильно. Нельзя осуждать тех, кто так много вынес в свой жизни, талантливых людей, но со своими человеческими слабостями. Их жизнь и творчество осталось незабытыми и это уже доказательство их незаурядности.

no avatar
Masha Mashenka

комментирует материал 04.02.2014 #

Трудные судьбы у детей Марины Цветаевой. Недавно читала рассказ об Ариадне Эфрон.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Masha Mashenka на комментарий 04.02.2014 #

Трудные, да. Вообще вся семья Цветаевых, оставившая отчизне Музей изобразительных искусств, ничего хорошего от этой отчизны не увидела (((

no avatar
Masha Mashenka

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Читала книгу Анастасии Цветаевой. Их отец пользовался уважением при "проклятом" царизме. Дочерям не повезло при советской власти...

no avatar
Lora Kroft

отвечает Masha Mashenka на комментарий 04.02.2014 #

Обидно за них, могли бы жить иначе... или - не могли?

no avatar
Masha Mashenka

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Советская власть кардинально решала вопросы с теми, кого считала врагами. Не нравится советская власть? Пожалеешь! Никого не оправдываю, у служителей Муз тараканов в голове хватает. Но большинство из них не от мира сего и надо к ним быть сболее сниснисходительными, если они не наглеют, конечно.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Masha Mashenka на комментарий 04.02.2014 #

Мне кажется, тут дело даже не в том, что власть - советская. Любая власть стремиться уничтожить инакомыслящих, любая власть отрицает толерантность. Потому что сама идея принятия чужой точки зрения, как факта, имеющего право на существование, для власти недопустима. Кто не с нами, тот против нас. Цветаевская семья в поколении родителей была благом для власти - она окультуривала почву, на которой существовала. Дети двинулись дальше, поскольку их окультурили на совесть. А время требовало и любило тупых и примитивных соглашателей, кивающих головой на любое желание системы.
Странно, но именно поколение детей, выросших в семьях, подобных цветаевской, подверглось самым сильным преследованиям...

no avatar
Vic Bay

комментирует материал 04.02.2014 #

Что-то этот начинающий альфонс не вызывает симпатии.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Vic Bay на комментарий 04.02.2014 #

Какие уж тут симпатии, у него, скорее всего, такая каша была в голове...

no avatar
Vic Bay

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Спасибо - не ожидал, что Вы так реалистичны. Приятно, что ошибся.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Vic Bay на комментарий 04.02.2014 #

У меня сын. Я очень хорошо помню, каким обалдуйским обалдуем он был в 15-17 лет ) А уж со стороны выглядел просто диким и самодовольным индюком. С ними это бывает - от страха и неуверенности в себе. Таким же был и Марин.

no avatar
Vic Bay

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

А здесь ещё потеря матери ... ЧТо сказать - действительно, просто ещё мальчик, выглядящий более взрослым.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Vic Bay на комментарий 04.02.2014 #

Верно. Растерявшийся мальчишка, в сущности. И так скоро погиб... (((

no avatar
Ольга Колесник

комментирует материал 04.02.2014 #

Печальная судьба мальчика , не сумевшего стать советским, да и немудрено. Парижский период в детстве оказался неистребимым. А уж Валя Предатько- меня своей фамилией сразила, хотя она его не предавала, а поддерживала. Слишком разные миры. Может быть, его судьба сложилась бы иначе. останься Марина живой.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Ольга Колесник на комментарий 04.02.2014 #

Не быть тебе нулем
Из молодых - да вредным!
Ни медным королем,
Ни попросту - спортсмедным

Лбом, ни слепцом путей,
Коптителем кают,
Ни парой челюстей,
Которые жуют, -

В сeм полагая цель.
Ибо в любую щель -
Я - с моим ветром буйным!
Не быть тебе буржуем.

Ни галльским петухом,
Хвост заложившим в банке,
Ни томным женихом
Седой американки, -

Нет, ни одним из тех,
Дописанных, как лист,
Которым - только смех
Остался, только свист

Достался от отцов!
С той стороны весов
Я - с черноземным грузом!
Не быть тебе французом.

Но также - ни одним
Из нас, досадных внукам!
Кем будешь - Бог один...
Не будешь кем - порукой -

Я, что в тебя - всю Русь
Вкачала - как насосом!
Бог видит - побожусь! -
Не будешь ты отбросом

Страны своей.

22 января 1932
Напророчила, отбросом не стал, погиб солдатом.

no avatar
Ольга Колесник

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Жаль, жаль, бесконечно жаль.))))

no avatar
Lora Kroft

отвечает Ольга Колесник на комментарий 04.02.2014 #

И мне. Мог бы стать кем-то очень талантливым.

no avatar
Ольга Колесник

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Да, а интересно ничего не сохранилось из его сочинений?

no avatar
Lora Kroft

отвечает Ольга Колесник на комментарий 04.02.2014 #

Мне ничего не встречалось, Оля. Какие-то стихи, кажется и то, немного. Он погиб девятнадцатилетним. Совсем еще мальчик...

no avatar
Ольга Колесник

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Почему - то вспомнилось из Цитадели, когда мальчишек после училища бросили под танки и все погибли, и их запорошило снегом, я дальше картина Верещагина"Покаяние" . Не знаю, почему вдруг так выстроилось.

no avatar
Алина Алексеева

комментирует материал 04.02.2014 #

Очень интересно следить за судьбой парня со стороны.Много раз ему пришлось себя переделывать.А по сути он и не стал самим собой,ни в мыслях,ни в жизни.Это как в той фразе "свой среди чужих чужой среди своих".

no avatar
Lora Kroft

отвечает Алина Алексеева на комментарий 04.02.2014 #

Как точно тебе вспомнилась эта фраза, Алина! Страшная и странная судьба...

no avatar
Алина Алексеева

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Именно сюда она подходит.Жаль,что семья так рано ушла из жизни.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Алина Алексеева на комментарий 04.02.2014 #

Не осталось ни одного прямого потомка ((( Эфрона расстреляли, Цветаева удавилась, Ариадна вскоре после лагеря и высылки умерла, Мур погиб, а у Анастасии, полжизни сидевшей и всех пережившей, не было детей...

no avatar
Алина Алексеева

отвечает Lora Kroft на комментарий 04.02.2014 #

Несчастная семья.Судьба их не пощадила.

no avatar
Lora Kroft

отвечает Алина Алексеева на комментарий 04.02.2014 #

Остался только Музей изобразительных искусств в Москве и творческое наследие Марины Цветаевой.

no avatar
Алина Архипова

комментирует материал 05.02.2014 #

Комментарий удален модератором Newsland

no avatar
Lora Kroft

отвечает Алина Архипова на комментарий 05.02.2014 #

Есть в мире лишние, добавочные, не вписанные в окоем... - это и про него тоже, по моему.
Мне очень близка Версия Дм. Быкова, в которой гусь выведен такой, что как бы ни складывались внешние события в мире, люди такого внутреннего наполнения всегда стремятся этот мир покинуть... И покидают так или иначе (((

no avatar
×
Заявите о себе всем пользователям Макспарка!

Заказав эту услугу, Вас смогут все увидеть в блоке "Макспаркеры рекомендуют" - тем самым Вы быстро найдете новых друзей, единомышленников, читателей, партнеров.

Оплата данного размещения производится при помощи Ставок. Каждая купленная ставка позволяет на 1 час разместить рекламу в специальном блоке в правой колонке. В блок попадают три объявления с наибольшим количеством неизрасходованных ставок. По истечении периода в 1 час показа объявления, у него списывается 1 ставка.

Сейчас для мгновенного попадания в этот блок нужно купить 1 ставку.

Цена 10.00 MP
Цена 40.00 MP
Цена 70.00 MP
Цена 120.00 MP
Оплата

К оплате 10.00 MP. У вас на счете 0 MP. Пополнить счет

Войти как пользователь
email
{{ err }}
Password
{{ err }}
captcha
{{ err }}
Обычная pегистрация

Зарегистрированы в Newsland или Maxpark? Войти

email
{{ errors.email_error }}
password
{{ errors.password_error }}
password
{{ errors.confirm_password_error }}
{{ errors.first_name_error }}
{{ errors.last_name_error }}
{{ errors.sex_error }}
{{ errors.birth_date_error }}
{{ errors.agree_to_terms_error }}
Восстановление пароля
email
{{ errors.email }}
Восстановление пароля
Выбор аккаунта

Указанные регистрационные данные повторяются на сайтах Newsland.com и Maxpark.com

Перейти на мобильную версию newsland